— Сочтёмся, Андрей Христофорович, — махнул я рукой. — Думаю, ещё встретимся по службе.

— Обязательно, — кивнул подполковник. — У нас с вами одна задача — беречь столицу и государя. Так что нам неизбежно придётся работать вместе.

Уже выйдя из ресторации, Зубов решительно предложил поехать к цыганам. Мол, для полноценного кутежа нам не хватает музыки, танцев и весёленьких певичек. Я категорически отказался, зная, каким похмельем заканчиваются ночные поездки с гусаром по злачным местам. А Кинокефальский, наоборот, с радостью согласился, и эта парочка отправилась в ночь на поиски приключения. Я же взял извозчика и поехал домой: мне завтра на службу, а там надо с броневиком разбираться, шофёра искать, и вообще, куча дел.

«Нудный ты, Миша, — вздохнул Захребетник, — и слишком правильный. Нет чтобы тоже в загул уйти, раз тебя завтра в управлении не ждут. Вот помяни моё слово, будешь потом в старости жалеть, что в молодости не догулял».

— Зато ты слишком весёлый. Кстати, у меня к тебе вопрос есть: а что там с Бельскими?

«В работе, — буркнул он. — Раз обещал, то сделаю».

Он замолчал и до следующего утра со мной не разговаривал.

* * *

Больше всех в управлении броневик, пригнанный нами с военного склада, заинтересовал охранников, дежурящих у дверей. Покидать пост они не имели права, поедали чудо техники жадными взглядами издали. Но как только сменились, побежали в гараж рассматривать в подробностях — об этом мне со смехом доложил за обедом Ловчинский. Володя славился тем, что знал в управлении всё обо всём.

— Шофёр-то есть у тебя? — спросил он.

Я покачал головой.

— Пока нет. Соболев обещал поднять свои связи среди военных, жду. Работа это такая, что человека с улицы не возьмёшь, сам понимаешь.

— Да понимаю, конечно. Тоже попробую разузнать. И Колобку передам.

Закончив обед, мы возвращались к себе, когда меня окликнул охранник.

— Ваше высокоблагородие, Михаил Дмитриевич!

Я остановился и вопросительно посмотрел на него. Ловчинский, кивнув мне на прощание, ушёл.

— Прощения просим. — Охранник выглядел несколько смущённым. — Слухи ходят, что вы на свою чудо-машину шофёра ищете?

— Верно, — подтвердил я.

— Есть шофёр! Жены моей родной дядька.

— Вот как, — заинтересовался я. — Что за человек? Он военный?

— Нет, — охранник, как мне показалось, смутился ещё больше. — Человек сугубо гражданский, но в автомобили до того влюблённый, что ему ни пить ни есть не надо, только бы баранку крутить. Вот вам крест, Михаил Дмитриевич, — шофёр от бога! Поглядите?

— Ну… Коли так нахваливаешь, давай погляжу. Пусть приходит завтра.