— Есть проделать работу негласно.

— Ну вот и отлично, — Корш кивнул. — Можешь приступать. О результатах докладывать лично мне, больше никому.

— Есть!

— Это всё, Миша. Ступай.

Корш снял трубку с телефонного аппарата. Я поклонился и вышел.

«Дабы не возбуждать ревности и обид, — проворчал Захребетник. — Конечно, держи карман! Можно подумать, в Госуправлении барышни из института благородных девиц сидят… Мутное дело — этот нефрит. Очень мутное».

«Ты думаешь, Корш подозревает кого-то из Госуправления? Считает, что этот кто-то может сознательно замять расследование?»

«Ну а почему нет? Если уж у самого трона под носом государя чёрт-те что творится, чего ждать от других структур? А Госуправление — это огромная власть и огромные деньги. Соблазн велик, а люди слабы».

«Ерунда, — подумав, решил я. — Такого человека уже давным-давно вывели бы на чистую воду».

«А если этот человек действует не один? Если их там целая шайка и все друг друга покрывают? Молодец Корш, правильно решил. Нужно самим во всём разобраться».

«С этим я не спорю».

Меня и самого чрезвычайно интересовало, откуда в вагоне взялся нефрит. Когда дело передали Госуправлению, я огорчился. И вот, пожалуйста! На ловца и зверь бежит.

Я решил приступить к расследованию незамедлительно, пока не навалились какие-нибудь срочные дела.

Заглянув к себе в кабинет, я сказал, что в ближайшие несколько часов буду отсутствовать, за старшего остаётся Соболев. Сел в машину и поехал в железнодорожное ведомство.

* * *

Как верно заметил Корш, чем крупнее и разветвленнее организация, тем она неповоротливее. В управлении железных дорог у меня битый час ушёл на то, чтобы выяснить, к кому вообще обращаться с моим вопросом.

Каждый кивал на каждого до тех пор, пока я не пригрозил, что сейчас уйду, но лишь для того, чтобы вызвать начальника управления в Государеву Коллегию повесткой. После этого его многочисленные подчинённые наконец зашевелились, и меня проводили в кабинет начальницы делопроизводителей — строгой некрасивой дамы лет сорока, на шее которой висели очки на серебряной цепочке.

— Государева Коллегия? — удивилась дама. — Снова проверка?

На моё счастье, она представления не имела, что существует разница между Государственным и Московским отделениями Коллегии. Решила, видимо, что те, кто приходил до меня, и я принадлежим одному ведомству.

— Увы, — я развёл руками. — Я недавно занял эту должность, имею распоряжение руководства проверить заново все текущие дела. А когда к вам приходили мои коллеги?

Дама нахмурила брови, вспоминая.

— Около двух недель назад. Точнее можно посмотреть в журнале посещений. Но та проверка, насколько мне известно, результатов не дала. Честно говоря, не понимаю, на что рассчитываете вы. Всё, что я могу предоставить, — те же самые документы, ничего нового.