Ингвар Кампрад, владелец «Икеи», был членом нацистского кружка в Швеции. Отто Бисхайм, бывший эсесовец, основал «Метро». Концерн «Нестле» поставлял в германскую армию сухпайки. Американский банк «Чейз» под руководством Рокфеллера давал огромные кредиты немецкому «Альянсу».

Метерлинк мог бы назвать еще десятки подобных фактов, но вывод из всего этого можно было сделать только один: с Советским Союзом воевала не только Германия, но и половина мира. И при всем при этом русские каким-то чудом победили.

И потом, спустя восемьдесят лет, с Россией будущего опять будет воевать вся Европа и США, делая вид, что они лишь радеют за демократию. Чертовы лицемеры! Генрих ненавидел политиков из двадцать первого века ничуть не меньше, чем недолюдей и евреев. Но лишь по той причине, что не принадлежал к их числу. В будущем он был никем, жалким зеленым активистом, зато здесь он аристократ из древнего рода, а главное — обладатель уникальных знаний. К нему будут прислушиваться!

Да, сейчас на дворе лишь конец 1943 года, и до взятия Берлина еще далеко, но рано или поздно этот день настанет. И раз уж так вышло, что Генрих попал в плен, то почему бы… не попытаться сделать карьеру в Союзе?

Со знаниями из будущего ему будет обеспечено очень высокое положение. Конечно, под стопроцентным контролем сверху, это он понимал, но и благ могут отсыпать щедрой рукой в достаточном количестве, если он сумеет чем-то удивить или помочь.

Нужно лишь изрядно постараться, но при этом дать понять, что самое интересное и важное он расскажет только тем, кто стоит на самом верху.

И еще важно, чтобы ему, наконец, поверили!

Главной и самой приоритетной ценностью для Генриха являлась его жизнь. Чем больше времени он проводил в холодной камере, тем отчетливее понимал, что сделает все, чтобы уцелеть и предаст всех: и свою страну, и прошлые интересы, и неудачника Гитлера… лишь бы выжить. А потом… рано или поздно представится шанс, и он переиграет своих противников.

Иногда ему чудилось лицо русского танкиста. Как же Генрих его ненавидел, но при этом и боялся. Он обязательно отомстит за потерю глаза, за свой плен и головные боли. В том, что рано или поздно их дороги вновь пересекутся, Метерлинк не сомневался. Он будет ждать. А потом ударит в самый неожиданный момент. Русский танкист должен умереть!

В одно прекрасное утро дверь его камеры распахнулась, и Генриху, как это многократно бывало, приказали проследовать в камеру для допросов. Но когда он прошел по мрачному темному коридору и вошел в знакомое помещение, то сразу же понял — вот оно, его шанс!