Маленький и красноголовый, он недовольно кричал, разевая непомерно большой рот, но главное — был жив!
Девушка даже не стонала больше, лишь беззвучно плакала от боли, и все тянула руки к ребенку.
— Все хорошо, родная, он живой! — погладил ее по голове О’Хара, стараясь успокоить.
Но я видел, что теперь, когда первая волна прошла, адреналин уходит из ее крови, и с секунды на секунду ее настигнет болевой шок.
— Сейчас она потеряет сознание, — негромко сообщил я Флемингу.
Тот глянул на девушку, негромко выругался и вытащил из кармана небольшую склянку. Одним движением скрутив крышку, он поднес сосуд к губам несчастной.
— Выпейте это! Вам станет лучше!..
— Мой сын…
— С ним все хорошо. Он жив и здоров, чего и вам желает. Пейте!
Она выпила, и почти тут же ее лицо сначала побледнело, потом порозовело, глаза ее закатились, и девушка уснула. Посреди разрушений, страха, страданий, пожаров и смертей — она просто спала, и даже слегка улыбалась во сне.
— Это ненадолго, — предупредил Флеминг, — опиаты действуют краткосрочно, максимум через час она очнется, и ей будет очень больно. Нужно доставить ее за это время в лазарет!
О’Хара подхватил спящую девицу на руки, мне достался младенец, и мы побежали вперед по улице, в надежде встретить карету скорой помощи. Но вокруг царили такая суета и безнадежность, смешанные с отчаянием, что ни о какой помощи со стороны и мечтать не приходилось.
— Идем на базу! — коротко приказал Флеминг, и ирландец его прекрасно понял.
Мы все дальше удалялись от центра города, и разрушения вокруг были менее значительны. Чем дальше, тем больше людей просто стояли вдоль дорог, глядя на столпы дыма, поднимающиеся чуть восточнее, и переговаривались между собой, очевидно, решая, стоит ли покинуть собственное жилье и уехать в загородные дома, или же все закончилось и можно остаться.
На нашу группу косились с ужасом, но ни один человек не попытался помочь. Англичане, мать их! Холодные, как рыбы, бесчувственные людишки, озабоченные лишь собственным благополучием.
За нашими спинами оставались гарь, страдания и несчастье. Впереди была лишь обычная повседневность и неопределенность.
— Мы забираем эти машину! — Флеминг подбежал к Бентли Марк V коричневого цвета, припаркованного у обочины. В него как раз пытался забраться перепуганный лысоватый и полноватый мужчина.
— А хер вам! — владелец авто лихо вытащил пистолет. — Быстро назад, или стреляю!
— Я бы крайне не советовал вам этого делать, сэр! — угрожающим тоном предупредил Ян, надвигаясь на толстяка. — Военная разведка!
— Да хоть сама королева Виктория! — тот и не собирался сдаваться. — Вы знаете, сколько стоит эта машина? Таких во всем свете меньше двадцати! И черта с два я отдам ее вам или кому-то другому!