Несмотря на худые, осунувшиеся от постоянного недоедания лица, темные круги под глазами и общий болезненный вид, девушки задорно шутили между собой. Проходя мимо, я прекрасно расслышал их разговор:

— Нинок, ну куда ты этот камень схватила? Он же больше тебя? Положи на место, надорвешься, пупок развяжется, а тебе еще детей рожать!

— Да кто же на меня такую посмотрит? — весело ответила Нина — молодая девица с правильными чертами и черной косой, видневшейся из-под платка. — Я же страшная, как Гитлер. Ни прически, ни помады…

— А ты в парикмахерскую сходи, — улыбнулась ее соседка, передавая очередной валун, — в «Астории», говорят, принимают. Станешь осенней блондинкой!

— Скорее уж зимней. Говорят, сегодня-завтра холода ударят.

— Заходишь с керосинкой — выходишь зимней блондинкой! — захохотала слегка полноватая девица лет двадцати пяти на вид, выгребая лопатой комья земли из тачки.

Девчата заливисто рассмеялись. Насколько я был далек от мира женской моды, но смысл шутки понял. Чтобы покрасить волосы в светлый цвет, нужно растворить краски, а для этого требуется разогреть щипцы. Для чего, в свою очередь, необходим керосин. Вот только одна проблема: считалось взяточничеством и мародерством приносить керосин с собой, за это могли и привлечь. По идее, в парикмахерских его должно было хватать… по факту, не хватало. Плюс бесконечные очереди по несколько часов ожидания. В Челябинске было то же самое, мне Настасья рассказывала, отсюда и мои познания в столь специфическом вопросе.

— Жаль, домой не позвать мастера, — посетовала Нина. — Может предложить ему что-то за визит?

— Ты что? — замахала на нее руками соседка. — И думать забудь! Подведешь человека под уголовное дело! Вон давеча Романа, говорят, арестовали. А все за то, что в рабочее время на дом ходил,ДАМЕ одной педикюр и маникюр делал. Посадят его теперь, думаю.

Слово «дама» она выделила особо, произнеся его с заметной неприязнью, как ругательное. Видно, не все трудились на общее благо, были и те, кто сидел дома и мог запросто вызвать к себе такого вот мастера. Несмотря на войну, блокаду и голод, жизнь шла своим чередом. Люди оставались людьми… правда, не все. Некоторые человеческий облик все же теряли.

— Да разве же за такое сажают? — удивилась Нина.

— Еще как, а вот давеча случай был…

Дальнейшее я уже не слышал, слишком далеко отошел.

Значит, парикмахерские, несмотря ни на что, все же работали. Удивительно! Никогда прежде не задумывался о том, что героизм проявляется не только на фронте или у станков. Казалось бы, простая профессия — парикмахер, что он может: подстричь, да побрить. Это на первый взгляд, а если подумать — ведь он дает надежду на хорошее, светлое будущее. Пришел ты в салон, чумазый, как черт из подворотни, заросший, неухоженный. Сел в кресло, а через полчаса на тебя глядит в зеркало вполне симпатичный тип, которому улыбнется каждая встречная девушка на улице. И, кажется, что все обязательно будет хорошо. И война словно бы отступает на второй план, хотя бы ненадолго. И пусть бурчит в животе от привычного голода, но душа поет. Вот что значит простой поход к мастеру прически, ни больше и ни меньше. Выражение «Красота спасет мир» принимало теперь совершенно иное, реальное значение.