Даже несмотря на то что Стрешнев находился не в лагере, а в стороне, схватить его было очень проблематично. Но, впрочем, не невыполнимо.
Добравшись до своих, я увидел в глазах Соловьёва немой вопрос. Иван с Громовым тоже с интересом смотрели на меня и рыжую.
— Василий Стрешнев действительно здесь, — коротко проинформировал всех я.
Соловьёв тихонько присвистнул. Иван с Громовым обменялись короткими взглядами.
— Взять Стрешнева силой не получится, — задумчиво произнесла Ярослава, явно перебирая в голове увиденное. — Уж больно хорошо он засел у себя в логове.
Соловьёв кивнул. Иван с Громовым с этой мыслью спорить тоже не стали. Но самое главное, что я, увидев самого Стрешнева и его обитель, уже принял решение.
Надо брать. Сдавать назад сейчас — не вариант.
— Тогда нам нужно понять одну вещь, — сказал я тихо. — Как заставить Стрешнева покинуть свой каменный дом.
Глава 6
Найти ответ на эту задачу сразу не получилось, поэтому, несмотря на то что мы достали все необходимые разведывательные данные, мной было принято решение задержаться. Была обустроена новая наблюдательная позиция с видом на охотничий дом, где постоянным разведчиком находился я, а Ярослава иногда перемещалась между этой позицией и лагерем.
Весь следующий день превратился в ожидание. Я впитывал всю возможную информацию, которую только мог увидеть, услышать и почувствовать. Здесь, между скалами, нельзя было разжечь огонь или съесть что-то, кроме холодной солонины и сухарей. Спать как мне, так и соратникам приходилось урывками, по паре часов, сменяя друг друга. Всё тело ныло от неподвижности, зато разум оставался острым как бритва. Нужно было увидеть закономерность. И так в итоге и случилось.
Молодой князь Василий Стрешнев жил по чёткому, почти монашескому распорядку дня. На рассвете проходило совещание с его бойцами в домике. Днём он отправлялся на инспекцию различных участков лагеря, всегда со своими людьми, которые оберегали его: иногда два-три человека, а иногда пять-шесть. От чего это зависело, выяснить я не мог. Ужин ему приносили внутрь. А вечером, ровно через час после того как слуга выходил из дома после ужина, произошло то, что я мог назвать только случайной удачей.
Дверь открылась. Князь вышел наружу в тёмно-зелёном кафтане, без доспехов. Он уверенно прошёл к огромному валуну в шагах тридцати от домика, затем поднялся по тропе и оказался наверху, на скалах. Он закинул руки за спину и поднял лицо к небу. Он простоял неподвижно минут десять, может, пятнадцать, затем развернулся и неспешно вернулся в охотничий домик.