Полдела было сделано, но его ещё нужно было притащить обратно в лагерь, а затем и в Ярмут.

Князь дышал тяжело и со свистом. Это значило, что удар я нанёс хороший, правильный. Я быстро взглянул на охотничий домик, а затем на лагерь мятежников. Где-то там полыхала конюшня, и моим усиленным ночью восприятием было видно, как фигурки бойцов и офицеров метались туда-сюда.

Действие зелья отступало. Вместе с ним уходили и силы, хотя где-то внутри всё ещё пульсировала чёрная аура, разгоняя по жилам остатки медленной, истончающейся энергии.

Правда теперь моё состояние больше напоминало похмелье после дикой попойки. В глазах то и дело вспыхивали золотые искры. Я тряхнул головой, прогоняя наваждение, и сел на корточки рядом со Стрешневым.

Времени не было совсем. Мои соратники сориентировались быстро, не реагируя на открывшуюся им картину боя. Фиолетовый купол точно скрывал все происходящее внутри, я не раз видел его действие в прошлой жизни. Вот только внутри я не сражался, но это уже совсем другая история…

На холм быстро взобралась Ярослава, а Соловьёв остался прикрывать нас внизу. Рыжая бросила мне верёвку. Да, метод для перевозки ратника и князя грубый, но надёжный.

Я рванул руки князя назад, завёл за спину и принялся быстро заматывать профессиональные морские узлы. Дёрнешься — только туже затянется. На запястьях князя сразу вздулись вены. Плевать, потом разотрёт.

Рот я заткнул тряпкой. Сгодится что угодно, лишь бы не орал, когда очнётся. Голова Стрешнева мотнулась в сторону, но сознание не вернулось. И хорошо, мне легче нести.

Я поднялся, чувствуя, как хрустнула спина, и нашёл взглядом второй клинок. Он валялся в нескольких шагах, там, куда меня отбросило взрывом ауры. Чёрная сталь тускло поблёскивала в свете догорающих фиолетовых искр, всё ещё тлеющих на выжженной земле.

Я поднял его, сунул в ножны на поясе, а потом бросил последний взгляд на место схватки. Зрелище открывалось интересное.

Шагов на десять вокруг земля не просто выгорела — она превратилась в пепел, перемешанный с комьями земли. Чёрные проплешины покрыли собой даже камень, а выжженная трава выжила лишь в нескольких местах.

Всё это было не просто результатом столкновения двух аур, а еще и следом моего выброса, усиленного зельем Луны. Ну а по краям, где стоял купол Стрешнева, красовались глубокие борозды, уходящие в землю на метр, не меньше.

Любой маг, увидевший это, сразу понял бы, что здесь не бились не простые ратники, а схлестнулись древние силы. Но заметать следы было некогда. Да и как заметёшь такое? Листвой присыпать… просто смешно.