Но я всё равно узнал их. Эта двойка была в отряде Громова вместе с одним из подхалимов Соловьёва. Мы поравнялись. Никто не сказал друг другу ни слова. Блуждающий взгляд высокого Подмастерья скользнул по моей группе, лишь слегка задержавшись на волокуше.
Мы разошлись в разные стороны, и вскоре единственным напоминанием о двух Подмастерьях была борозда на земле, оставленная обломком копья.
Хотя мне, скорее всего, следовало считать их двумя бывшими подмастерьями.
— Их было четверо, — тихо произнесла Ярослава, обернувшись назад.
— Было, — согласился я.
— Думаешь, они погибли? — поинтересовался Иван.
— Скоро узнаем, — я кивнул на медленно приближающуюся чёрную громаду Цитадели.
— А-а-а, нет, нет! — закричал Соловьёв и судорожно вцепился в края.
Его губы побелели, а лицо приобрело землистый оттенок. Чёрные стены цитадели приближались медленно, слишком медленно.
— Держись! — рявкнул Иван, но в его голосе сквозь показную бодрость пробивалась тревога.
— Быстрее! — скомандовал я.
— Он не выдержит, — проговорила Ярослава, пришпорив коня.
— Выдержит! — прорычал я, не сводя глаз с цели.
Время и так утекало сквозь пальцы.
Иван вогнал пятки в бока лошади. Волокуша дёрнулась и заскрипела. От этого толчка Соловьёв резко выгнулся, его крик оборвался хриплым, влажным бульканьем.
— Тим… — напряглась Ярослава, бросив быстрый взгляд на Соловьёва.
Его тело обмякло, движения стали вялыми и беспомощными.
— Не тормозить! — скомандовал я.
Мы неслись вперёд, не обращая внимания ни на людей, ни на караваны, ни на стражу. Одни оборачивались, другие кричали, но это было не важно. Мы гнали наперегонки с самой смертью.
Показались башни. Я уже мог различить фигуры бойцов на стенах.
— Осталось чуть-чуть, — процедил сквозь зубы Иван.
Ворота Ярмута уже были близко. Двести саженей, не дальше.
В этот момент в Цитадели забили колокола. Гулкий металлический звон разнесся по округе. Соловьев замер и затих.
— Стоять! — закричала стража на воротах.
Но я даже не думал останавливаться, и отряд, невзирая на крики и жесты, на полной скорости влетел в Ярмут.
Глава 15
Не знаю, что сработало на городской заставе — доспехи ордена, нашивки Подмастерьев или смертельно бледный Соловьёв на волокуше. Но в Ярмут отряд влетел на всех парах. Город кипел жизнью: гудели рынки, звенели монеты, раздавались громкие голоса. Люди медленно шли по улочкам, толпились у прилавков, гуляли и кричали.
Я пришпорил своего зачарованного коня и принялся прокладывать Ивану путь через этот кипящий котёл. Передо мной выскочила телега с сеном.
— Дорогу! — проревел я, вжимаясь в гриву своего коня и натягивая поводья так, что животное чуть не взметнулось на дыбы.