Не даром у Имэ репутация холодной коварной твари. Он сделает это после, если не захочет платить Асконой. А если захочет?

Перед глазами Сайко встали тенистые сады — дикие и землеподобные, родное поместье, заросший старенький парк, белые здания Акры, столицы Асконы, утопающие в зелени летающих садов.

Слёзы заблестели у неё на глазах. Она забыла про боль, размышляя, как же ей убежать отсюда с таким страшным знанием? Как передать его? Кому?

Сколько прошло времени?

Она посмотрела на коммуникатор и поняла, что дома сейчас уже вечер. Дерен ждал её, наверное, в парке и не дождался.

Поймёт ли он, что она пропала? А если начнёт искать — как подать ему весточку?

Девушка сосредоточилась, в надежде увидеть хотя бы отблески паутины, но вокруг была только тьма.

Способности у наследницы ещё только начали развиваться. Она могла видеть цвет своего дома и иногда — цвета других домов. На это она сейчас и надеялась — уловить отблеск Аметиста, к которому по крови принадлежал Дерен. Но вселенная не торопилась ей помогать.

— Противника необязательно побеждать! — убеждал тем временем Имэ владельца баритона. — Его можно обмануть, отравить, заманить в ловушку.

— В ловушку — это неплохая идея, — согласился невидимый собеседник бывшего регента. — Но тогда нужна информация о планах капитана «Персефоны».

— Это я тебе обещаю, — ухмыльнулся Имэ. — Есть у меня информаторы и на Асконе, и на вражеском корабле.

— Ну, тогда принимаем этот план как рабочий, — согласился баритон и обратился к кому-то рядом: — Эй, парни, чего приуныли?

— Так что делать-то будем, командир? — раздался третий голос, льстивый, угодливый. — Ребятам нужно в себя прийти, раненых куча. Да и ушкуйники расчёт требуют. Они нанимались на одну ходку, на результат им плевать. Ты бы поговорил с ними?

— Поговорю. Командуй пока отдых, Гриша. Перекурим на ставкáх пару дней. Займёмся разведкой и сбором информации. Ну и бойцы отдохнут и залижут раны. Перемещайтесь на «Победу», а катера эти, приметные, пора уже поменять. Кстати, где Настя? Миша, она у тебя в катере?

Повисла пауза. Она была странной, тревожной. И чуткая Сайко вжалась в хемопластик салона.

— Ну? — рявкнул баритон. — Настя, я говорю, где?

— Командир, — раздалось неуверенное. — Тут такое дело, поднимешь… Настя выпряглась на Асконе и полезла к алайцам в торгпредство…

— Меня не волнуют её похождения! Где она сейчас? Пьяная, что ли спит? Опять?

— Командир…

Похоже, владельца баритона пытались остановить, но он — плечистый и крепкий — оттолкнул другого, пожиже, влетел в катер, и свет тут же вспыхнул, осветив пытающуюся спрятаться Сайко.