— Да не злюсь я уже, — выдохнул Дерен.

Он действительно больше не злился на Дениса. Ему было больно.

Светанка на коленях у Шервуда увлечённо грызла печенье. Крошки падали на столешницу, она ловила их пальчиком и тут же отправляла в рот.

Дерен мало общался с планетниками и уж тем более с их детьми. Весь его опыт — эйнитская община на Кьясне, где дети росли сытыми и любимыми. А если и собирали со стола хлебные крошки, то из уважения к матери-природе. А тут…

Маленькая девочка, которая уже знает, что завтра печенья, может, и не будет. И вокруг не война или стихийное бедствие, а просто такая жизнь. В недостатке еды и кислорода. И никто не придёт на помощь с другой стороны границы. Словно бы нет современных технологий терраформирования, кредитов, благотворительных фондов.

Похоже, родное северное командование действительно кое-что знало про Чёрный сектор. И не хотело допускать сюда ни Содружество, ни своих же южан. Натуральные гады. Тут Дерен был согласен с Денисом.

Что тут могло планировать министерство, кроме незаконной торговли? Изучать этих бедолаг, живущих в аномалии? Отчитываться, сколько человеческих детей выживает при половинной нехватке кислорода?

— А чего тогда хмуришься? — осторожно спросил ватажник.

— Да мысли всякие неприятные в голову лезут, — признался Дерен. — Ну вот, например, откуда тут у вас алайцы?

— Так торговля же, как без них? — удивился Денис.

— То есть?

— Наш Союз не торгует с мутантами, — пояснил Шервуд, отрываясь наконец от кристалла. — Алайцы — универсальные посредники, иначе никаких транзитных сделок просто нельзя было бы провести. Мы же кишьям не на Матице выращиваем. Мы закупаем его на планетах Союза под продажу алайцам, а дальше уж — как пойдёт.

До Дерена не в первую секунду дошло, что мутантами Шервуд называет население Содружества.

Значит, Союз вообще не разрешает своим гражданам торговать с соседями? А Загшге? Как тут всё это у них делится?

— Ну, допустим, — кивнул он. — А кто, кроме ящериц, знает, что развязки на Карусели две?

— Все наши знают, — уверенно сказал Денис.

— Ватажники? — уточнил Дерен.

— И ватажники, и артельщики…

— Это — разные банды? — Значения терминов Дерен понял нечётко. Борщ был человеком с очень скромными умственными способностями.

— Да почему банды? — обиделся Денис. — Это разные условия договора. Ватажников набирает главный, ну, как Потап. Он даёт экипировку, арендует катера. А артельщики сбрасываются и на эти деньги организуют транспорт и закупают товар. Мы — не бандиты, мы…

— А на «Патти»-то вы что делали? — перебил Дерен.

— Я же говорил! — Потап сказал, что там какой-то жуткий мутант. Освободим от него планету… Старик, ну этот, ну… — Денис сбился.