И когда пламя затихло, он впервые услышал. Услышал звук, тихий, как шёпот, зовущий его за собой.

Дэмин ещё раз огляделся, убедившись, что вокруг никого нет, и бесшумно проскользнул за ограду. Маленький, тощий и лёгкий, он ловко взлетел по камням и пролез через узкий пролом, цепляясь за уцелевшие булыжники костлявыми руками. Спрыгнув на землю, тут же метнулся за угол и затих, осторожно выглядывая в поисках патрульных.

Судя по всему, охрана стояла только у ворот и самых крупных лазеек. Основные силы гарнизона требовались для того, чтобы оцепить юго-западный квартал и подавить беспорядки; мародёры, конечно, воспользовались ситуацией, чтобы вынести всё, сохранившее товарный вид. За два месяца Лоян так и не оправился от трагедии, а к пепелищу люди боялись не то что подойти – боялись лишний раз поднять взгляд.

Дэмин тоже боялся. Несмотря на подступающую голодную смерть, потерять руки за мародёрство он желал ещё меньше. Ему ужасно хотелось выяснить, куда зовёт этот шёпот, но приближаться, пока здесь сновали гвардейцы, сродни самоубийству. Дэмин не выжил бы в трущобах Лояна, если бы не умел быть осторожным. Теперь же он просто считал, что терять уже нечего.

Прикосновение к стене оставило на руках чёрные пятна копоти. Остовы зданий выступали из земли гнилыми зубами, и Дэмин крался из тени в тень, стараясь не издавать ни звука. Его пугало открытое пространство, бывшее ранее внутренним двором резиденции, и он аккуратно обогнул его через западный флигель, прежде чем попал в главный дом. По дороге он видел скелеты: сначала один, потом три, потом десять. Наткнувшись на первый, он замер и долго смотрел, но думал о том, как пролезть, чтобы не задеть кости. В другой раз ему попалась обугленная кисть, и Дэмин осторожно разжал её, но то, что мертвец держал в руке, мгновенно рассыпалось в прах.

Бродя по пепелищу, Дэмин взял себя за плечи и поёжился. По ночам в Лояне было холодно, а он до сих пор не знал, на что рассчитывал, когда вернулся сюда. Дэмин не верил, будто огонь действительно звал его, не верил, что гул в ушах порождён чем-то иным, кроме постоянного голода и усталости, но отчаянно хотел найти подтверждение тому, что ещё не сошёл с ума.

Со стороны послышался тихий шелест. Дэмин остановился. На какую-то секунду ему показалось, что голос доносится из-за спины, но за спиной не было ничего, кроме мутной тени. Он был слишком внимателен, чтобы пропустить чужое присутствие, слишком напряжён, чтобы не услышать. Спрятавшись за обгоревшими балками, он закрыл глаза и прислушался. Тихо, почти не дыша, потянулся к источнику звука, к эфемерному шёпоту, от которого стыла кровь и зудели ногти, – и бездумно встал на колени, расчистив место среди гор пепла и отсыревшей золы. Убрав с лица ломкие чёрные волосы, он с сомнением прижался ухом к полу.