Я растерялась от её вопроса и не сразу нашлась с ответом.
– Мы с дочерью хотели вас пригласить в наш особняк в гости, – пояснила своё любопытство ниса Гарибад.
– Вряд ли это получится, – ответил за меня Алексис Комин. – Ниса Эвелин отправится вместе с цеззом, а он здесь теперь не задержится.
– Что же, надеюсь, наше знакомство продолжится, – улыбнулась ниса. – Я и Бэзил наверняка побываем в Дагронии. Это ведь теперь и наша столица. Надо будет проверить там родовой особняк Гарибадов, узнать об Императорской Академии. Наш средний сын – удивительно умный и талантливый мальчик.
Бэзил одобрительно улыбнулся жене, явно разделяя её грандиозные планы для подрастающих потомков. Думаю, не только Гарибады уже начинали думать о том, как восстановить позиции своих родов на просторах империи. Не только у Гарибадов остались особняки в Дагронии. В прошлом при прежнем императоре знать Арджурии считала обязательным иметь дом в столице Рихантии, и лишь годы кровавого междуцарствия прервали эту привычку.
Словно подслушав мои мысли, Бэзил Гарибад обратился ко мне:
– Ниса Эвелин, вы станете первой арджурской птичкой, проложившей дорогу в Дагронию.
– Надеюсь, ниса дер Барри, вы найдёте время ответить на наши с дочерью письма. Надо же знать, что носят в столице дамы, чтобы не ударить лицом в грязь, когда мы соберёмся в столицу.
– Буду рада получить от вас весть, ниса Гарибад, – вежливо ответила я.
Трудно загадывать, что ждёт меня впереди, а потому рвать все связи с Арджурией глупо. Гарибады слишком умны, чтобы не понимать, насколько переменчива участь императорской фаворитки, и рассчитывают, что сумеют извлечь пользу из нашего знакомства, даже если Дамиан меня оставит. Тогда и они могут для меня оказаться той соломкой, что смягчает падение.
Это короткое упоминание о предстоящем отъезде поселил во мне огонь нетерпения. Я уже не могла думать ни о чём, кроме как волноваться: всё ли нужное собрала Мара, стоит ли мне переодеться, и точно ли возьмёт меня Дамиан с собой порталом или отправит кораблём, как герцогиню Ириду. Я почти не слышала, о чём говорят соседи и отвечала им вежливыми междометьями.
Мне стало легче, когда ко мне подошёл Ноэм, главный в моей охране, и негромко сказал, склонившись к моему плечу:
– Госпожа, вам пора.
Мои соседи по столу сделали вид, что не заметили моего ухода, не среагировав на это ни словом, ни взглядом. Дамиан оставался за столом, только проводил меня внимательным взглядом.
– Цезз сказал, что вам собираться дольше, поэтому и отправил меня за вами, – пояснил Ноэм. – Сам он уйдёт через две песни менестреля. Вы ведь никому не говорили про переход?