– Не хочу отрывать её от дел. К тому же мне не помешает выбрать что-то для чтения императору.
– Конечно, конечно, – в улыбке нисы Софиас мне почудилось ехидство, – надо же спасать его от бессонницы.
Я не стала ничего отвечать. После вчерашнего заявления Дамиана подобные шутки вполне ожидаемы. Наверно, стоило ответить какой-нибудь изящной колкостью, но мне это редко удавалось. С детства привыкла в таких случаях держать лицо и делать вид, что не слышу насмешки. Показывать зубы спокойно могут лишь те, у кого они есть. Я же, принятая во дворец из милости, росла, зная, что за моей спиной никого нет, и если мне удастся в ответ на насмешку задеть противницу слишком сильно, то пострадаю лишь я сама.
Вот и сейчас я поступила так же, как делала в прошлом - предпочла скрыться от всех вначале в тишине полок и книг, а потом, когда зимнее солнце хоть немного согрело воздух, отправилась на прогулку в парк. Сейчас, без листвы, он был не так красив, как летом и осенью, но в изгибах дорожек и мостков, узорах ветвей и пятнах густой зелени хвойных кустов и деревьев было своё очарование.
Я постаралась быстрей уйти с парадной части парка. Несмотря на холод, здесь можно было встретить прогуливающихся придворных, вырвавшихся на свет и свежий воздух из-под каменных сводов дворца. Кто-то просто привык к прогулкам, а кто-то искал уединения, чтобы обсудить животрепещущие новости.
Но я спешила углубиться в древесные заросли не только потому, что видеть арджурцев не слишком хотелось, а потому, что нетерпелось вновь увидеть те места, что любила с детства, когда красота потаённых уголков парка дарила мне покой и утешение.
Вот и сейчас, стоило только увидеть скамью под сенью ветвей разросшейся плакучей ивы на берегу небольшого пруда, и сердце забилось чаще. Сейчас, лишённые листвы, ветви напоминали вуаль, не способную полностью ничего спрятать, а способную подарить лишь иллюзию тайного укрытия. Зато начиная с поздней весны и до середины осени я чувствовала себя под их сенью словно в домике, и потому убегала сюда, когда душа жаждала уединения.
Я опустилась на старую скамью и откинулась на её спинку, рассматривая тёмную гладь пруда. На фоне белоснежной ледяной кромки и плававших глыб, вода казалась обсидианово-чёрной и немного пугающей. Ветра здесь, в окружении деревьев, не было, но холод всё равно пробирался под одежду, так что долго не усидишь. Лишь прижавшийся к ногам горячий бок оборотня помогал бороться с морозцем.
Как всё здесь изменилось и одновременно осталось неизменным! Я смотрела на воду, изогнутый мостик, ведущий на крохотный островок в центре пруда с казавшимся сейчас особенно прозрачным и хрупким силуэтом беседки, и волны воспоминаний накатывали на меня. Сколько раз я здесь плакала, переживая детские обиды. Как я была здесь счастлива в юности, когда словно случайно сюда забредал Федр.