— Ну, допустим, что я кому угодно докажу, что я настоящий лекарь. Почему я кому-то должна что-то доплачивать?

— Потому что твои ежемесячные тридцать серебряных несказанно помогут медицине в нашем городе.

— Ого, тридцать серебра! Да я только на вашу ассоциацию и должна буду работать… Знаете что? Я сама лично смогу помочь медицине в Нашем городе. — На слове «нашем» Лара сделала ударение.

— То есть ты платить не собираешься? — Чижно повернулся вполоборота и бросил взгляд на телохранителей.

— М-м-м, неплохие логические выводы для учёного мужа, — улыбнулась девушка.

— Шут, никаких огненных шаров, Лара, лечи скрытно, Райс, эти пятеро на тебе! — произнес в наших головах император.

— Ну как знаешь, — состроил хитрую гримасу старец и вальяжно направился к барной стойке. — Эй, парни, сломайте ей, к примеру, правую руку!

Четверо двинулись к нам, пятый подпер собой дверь. Понимая, что, скорее всего, поесть так и не удастся, я тяжело вздохнул и встал.

— Двигайся больше, — напоследок проговорил Зэр. — Ты быстрее, сильнее и обученней их, но их больше, да и места тут мало.

Немногочисленные посетители, сидевшие в нашем зале, постарались ретироваться в свои комнаты или вообще протиснуться к выходу, но тот, что стоял возле двери, всем своим видом показывал, что сюда никто не выйдет и не войдёт.

Я шёл на четверых, которые, ухмыляясь — мол, что ты можешь-то? — шли на меня. Ну, мог-то я теперь многое…

«Дуновение росы», — я направил правую руку в подбородок первому, и верзила, не ожидая от меня такой прыти, рухнул будто парализованный, трясясь и вытянув руки в по швам.

Большой, почти с мою голову кулак просвистел в сантиметре от моего лица. Тренированная сегодня «оттяжка» дала свои плоды, словно я снова видел под ногами вычерченный кирпичом крестик. Моя серия лёгких ударов с поэтическим названием «Дыхание ручья» влетела в подбородок нападавшего, ошеломив его, дезориентировав и заставив попятиться.

Третий противник, шедший в центре, попытался меня схватить, но я ударил его ногой в живот, будто в замедленном времени наблюдая, как громила отлетает от меня словно невесомый.

В руках четвертого, стоявшего справа от меня, мелькнул нож, и я прыгнул, вытянув ногу вперед. Голова телохранителя дернулась от нашедшего свою цель «Полета журавля», ноги взлетели вверх, и громила упал о стоящий сзади столик, который сложился пополам. От столешницы отлетела дубовая ножка.

Тот, кого я отбросил ударом в живот, озирался то на председателя гильдии лекарей, то на меня, то на лежащих перед ним двоих товарищей по медицинскому бизнесу. Третий, надышавшийся «Дыханием ручья», и вовсе облокотился о стойку, прижав явно гудящий лоб к холодному дереву.