— Поэтому ты так прямо возьмёшь и отдашь мне победу? Где гарантии того, что ты сдержишь своё слово? — Мне не верилось в то, что он говорил: жизнь в Тёмном мире учила никому не доверять.

— Гарантии у тебя в руке. Пока ты не вступил на истинную ступень, ты в безопасности. Я ведь не хочу, чтобы по моим стопам пошел зверь серебряной сферы.

Рок не переставал улыбаться.

— Как ты тогда культивируешь, если так легко отказываешься от артефактов?

— Я сражаюсь в сферах со зверями своей лиги и ступени. Правда, в одиночку. Магу тяжело бывает. Твоей дочери повезло, что у неё есть такой отец, как ты. Хотя ты невероятно молод, чтобы быть её отцом. — Он хохотнул, будто бы догадывался о том, что Филиция и Блик вовсе не родня мне.

— Стой, так ты маг, а не воин? Почему ты тогда дерешься на турнирах как боец?

— Потому что я прежде всего актёр, а уже потом — культиватор и тому подобное. Это моя роль, и твоей дочери я могу дать пару важных уроков по магии, но это после. Ну что, по рукам? — Цуран протянул мне руку, будто мог бы пожать её на расстоянии четырёх метров.

— Сначала докажи, что ты маг!

— Легко! За тобой уже пришли, — вдруг указал за мою спину Рок.

Я повернулся и увидел Эйя, чьи глаза привыкали к темноте, ища меня среди нагромождений.

— Мастер Бенджи? — окликнул меня он. — Вас там возле арены хотят видеть. А вы тут… Что делаете, кстати?

Я огляделся. След Рока простыл, как будто я и впрямь разговаривал сам с собой. Бросив что-то нейтральное, я проследовал с Эйом обратно, туда, где к Ларе уже подбивал клинья какой-то чопорный толстосум.

* * *

Мимолётные воспоминания отступили, как только начался бой и мои удары посыпались по Року, каждый раз натыкаясь на что-то, похожее на золотую кольчугу Зэра, но более простенькую. Рыжеволосый делал вид, что ему очень больно, и даже отбрасывал голову от каждой подачи, пятясь на канаты октагона, однако не забывал отвечать мне тычками, на удивление пробивая мою защиту за счёт одного лишь умения драться. В отличие от Рока у меня не было никакой магической защиты, кроме, наверное, той, что мог бы наложить император, но он молчал, первым из нашей группы поняв, что в этом противостоянии мне ничего не светит, но и не грозит.

В какой-то момент мы сцепились в плотном захвате, и мой противник тихо проговорил мне на ухо сквозь показательно сдавленный от натуги рык, поражая меня умением говорить и рычать одновременно:

— Бей на отходе, левой ногой!

Голос будто исходил из груди, оттуда, где на его тени блестела бронзовая заколка с тремя драгоценными камнями — артефакт истинной ступени. Тут же Рок разорвал дистанцию, оттолкнув меня от себя, и наигранно замахнулся правой рукой якобы для мощнейшего удара из-за бедра.