Был ли кто-то из тысячи его детей достоин построенной им империи, чтобы хотя бы помыслить о том, чтобы перенять властвование? Ответ созрел в уме Зэра давно.

Разве кто-то смог стать чемпионом всех лиг? Нет…

Разве кто-нибудь смог бы удержать всех этих местных корольков в страхе? Тоже нет…

Взгляд лидера сельтаров источал ледяной холод, который сковывал всех, на кого падал взор. Стёртые очертания существ не позволяли их различить, но тот, что вышел вперёд, имел белое одеяние, указывающее на благостную весть для умирающего. Тот, кто удостоился чести увидеть эти одежды, мог покинуть сей мир с гордостью, потому что дальше его путь лежал в Зал покоя.

Однако тот, к кому сельтары пришли сегодня, не был согласен со своей участью.

— Твоё время пришло, Зэр. Отдай этот проклятый меч и прими своё предназначение. Залы покоя ждут тебя.

— Покоя? Пускай подождут ещё, — скривившись от пафосности в речи одного из сельтар, произнёс император. — И, кстати, разве ты не знаешь, несчастный страж, скольких я убил?

— Мы всё знаем. — Безликое лицо не отрицало своей осведомлённости. — Но я также знаю, что чемпионы должны обретать покой, а не страдания.

— Страдание — это единственное, что связывает меня с ней. Неужели вы хотите отнять у меня это? — Мужчина, не обращая внимания на разбросанные одежды, шагнул из ванны, продолжая держать огромный клинок, который до сих пор был на треть утоплен в пене.

— Если ты не согласен, тогда тебе одна дорога ― в Зал стенаний. А твоё оружие я заберу и так.

Воины редко нуждались в словах. И когда всё то, что давно камнем лежало на его душе, было сказано, император не стал сдерживаться. Вскипела кровь, и воспламенился о тлеющую где-то у самого сердца лучину ярости огонь гнева. Накатившая волна рефлекторно активировала стальную рубаху, делая мокрую кожу крепкой, как камень. Покрывающие её капли воды начали быстро испаряться, окутывая мужчину паром.

Первым напал Зэр. Выпад был ложным — этих существ не победишь напрямую. Однако удар был таким, что если бы сельтар проигнорировал его, то меч Серафима с легкостью вспорол бы его сотканную из света и тени бессмертную плоть, не оставив духу и шанса на выживание.

Император пригнулся, раскинув руки, словно журавль, расправляющий крылья, желал присесть в реверансе, и в этот миг стоявшие чуть поодаль враги направили в его сторону длинные, лишенные ногтей пальцы. Над головой Зэра сверкнула сотнями нитей сеть ловчих ― опасное умение последнего уровня, доступное адептам школы воздуха. Сельтар, которого Зэр пытался поразить первым, отпрыгнул назад, будто скользнув по мраморному полу, оставив мечу Серафима лишь сероватость воздушных завихрений. Но император, упав на пол, быстро крутанулся вокруг своей оси, ведя по низу своим клинком.