Глава пятая. Мера
Страница 27 из 144
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава пятая. Мера

Страница 27

Он попробовал сообразить, куда, и не сообразил, и от этого стало не досадно, а весело: значит, есть ещё куда идти.

А потом он споткнулся о такую вещь, что сел на камень, где стоял.

Оно было не одно.

Он всё это время считал, что густо и пусто — как много и мало, вроде воды в ведре. А сейчас перебрал в голове подряд — воду, огонь, собаку, тётку, дядьку — и увидел, что дядька был не «гуще» тётки. Он былгуще другого сорта . И огонь был не просто больше травы: он был из чего-то иного.

Значит, их несколько. Значит, это не одна лестница, а несколько разных, и вещи стоят не выше и ниже, а в разных местах.

Мин посидел с этим немного.

Потом решил, что так считать сложнее, а он ещё и с одной лестницей не управился, и что сперва надо доделать простое, а это отложить.

Он отложил.

Всё сходилось.

Не «почти сходилось» и не «должно сойтись». Оно сходилось так, что от каждого нового куска становилось только яснее, и он уже видел вперёд — видел, что если так пойдёт, то он к вечеру посчитает всё: и людей, и зиму, и почему у него не работают слова, и, может быть, то, что случилось у дальнего ключа.

Про дальний ключ он подумал один раз и отложил, потому что не хотел отвлекаться.

Солнце прошло полнеба, и он этого не заметил.

Он не ел с утра и не вспомнил про еду. Он не пил, сидя у воды. Он два раза почти сходил отлить и оба раза забыл на полдороге. Комары в тот вечер шли столбом, и он потом нашёл у себя на руках и шее не меньше сорока укусов и не помнил ни одного.

Стемнело — он не заметил и этого. Луны хватало, чтобы различать камешки, а когда перестало хватать, он стал считать на ощупь, потому что ряды он помнил.

Он замёрз, разумеется. К полуночи от воды тянуло так, что днём он бы давно ушёл. Он этого не чувствовал вовсе: ему было ровно, и он не думал ни про холод, ни про то, что рубаха мокрая от росы, ни про то, что руки уже плохо слушаются.

Он вообще ничего про себя не думал. Себя там не было. Было то, что складывалось, и то место, откуда он на это смотрел, и больше ничего.

Кричали его, наверное, часа полтора.

Он слышал. Голоса шли от осыпи и от ямы, и он различил Клина и старосту и ещё кого-то третьего, и слышал, как они перекликаются между собой, и слышал слово, которое они кричали.

Слово было его имя.

Он его слышал и не отнёс к себе.

Не спрятался, не решил не отзываться, не подумал, что за это будет. Имя пролетело мимо, как пролетает чужое: звук был знакомый, и к тому, кто сидел на камне, он не относился никак. Тот, кто сидел на камне, был занят и имени не имел.

Голоса походили и ушли к оврагу. Потом стало тихо.

назадназад
1 ... 25 26 27 28 29 ... 144
впередвперед