Глава десятая. Тропа
Страница 58 из 144
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава десятая. Тропа

Страница 58

У старика три зарубки значили «не копай». Не потому, что три, а потому, что старик, увидев их, вспоминал про эту гряду то, что знал. Чужой человек, глядя на те же три, не понял бы ничего.

А у Мина три зарубки значили три. Всегда, на любом колышке, у любого человека, который знает, что верхний ряд — постановки, а нижний — добыча. Мин мог бы уйти на год, вернуться, обойти все девятнадцать и восстановить всё, что было, ничего не помня.

Он подумал, что старик так не умеет.

Потом подумал, что старик, наверное, и не хочет.

Потом подумал третье, и вот от третьего ему сделалось нехорошо: он подумал, что старик ставит силки пятьдесят лет и берёт больше, чем Мин, — и берёт без всяких зарубок.

Гу дал ему волос в августе.

Он не сказал ни слова. Просто положил на лавку моток конского волоса — пучок в два пальца толщиной, откуда-то принесённый, — и вышел.

Мин весь тот вечер вил.

Свивать в четыре у него получилось не сразу: волос скользил и расходился, и первые петли выходили с горбом. Он извёл на пробу больше, чем стоило, потом наловчился.

Волосяная петля оказалась другой снастью.

Она не лохматилась, не набухала от росы, держала кольцо, стояла, где поставишь, и — главное — затягивалась не рывком, а сразу, потому что была скользкая. Первую же неделю на волосе он взял четверых.

Взятых на волосе он снимал уже мёртвыми.

Волосяная петля брала за шею и брала сразу, и зверь в ней не мучился и не кричал. Мин это отметил и был доволен — не из жалости, а потому что живого надо было добивать, а добивал он по-прежнему плохо, и на этом терялось время.

И в первое же утро на волосе он увидел то, чего раньше не видел, потому что раньше не успевал смотреть.

Он снял зайца с петли, взял в руки и посмотрел на него как следует — тем смотрением, — просто потому, что тот лежал в руках и было светло.

Заяц был пустой.

Не как сено и не как стоячая вода в бочке. Пустой по-своему: тело было целое, тёплое ещё, мягкое, всё на месте, — и в нём ничего не было. Вообще ничего. Как в вещи.

Мин постоял с ним и вспомнил того, апрельского, которого добивал ножом. Тот, пока сидел в снегу с вывернутой ногой и смотрел, былгустой . Мин тогда не думал об этом, ему было не до того, но теперь, вспомнив, увидел ясно: густой, и очень.

Значит, из него вышло.

Он подумал: куда.

И тут же подумал, что вечером надо переставить две петли на верхней тропе, потому что там за ночь натоптали, и вопрос ушёл.

Он вспомнил про него через три года.

Он посчитал, во что ему обошлись полтора месяца на суровой нитке, и получил, что даром: он всё это время проверял снасть, а надо было проверять петлю.

назадназад
1 ... 56 57 58 59 60 ... 144
впередвперед