— Так.
— Ну и вот. Возвращаться стал, часов в десять. По гати иду. И слышу. — Он помял кепку. — Плачет кто-то. Как ребёнок. Тоненько так. Я покричал — замолкло. Потом опять. Фонарём посветил — туман. Я и пошёл. А потом думаю, может, это ваш.
— Где именно?
— От лесовозки, где крест — там раньше крест стоял, сейчас столбик один, — метров, может, триста. Справа. Где кочки и ивняк.
— Может, птица? Выпь? Лиса?
— Может, и лиса, — сказал Сапунов. — Я лису слышал. Лиса не так. А может, и лиса. Я ж не знаю. Я говорю, что слышал.
Илья подошёл к карте на стене. Вязовый мох — бледное пятно с синими штрихами, восемь километров к северо-западу — был почти весь зелёный. Справа от гати, в трёхстах метрах от лесовозки, был кусок, обведённый жёлтым. Там топь, туда не полезли. Решили, что мальчик туда не полезет тоже.
Решили, подумал он. Кто решил? Я решил.
— Спасибо, Николай. Вы правильно сделали, что пришли. Два часа назад, значит.
— Ну, я ж пешком. И домой ещё зашёл.
Сапунов ещё помял кепку, сказал: «Ну, я пошёл» — и ушёл, не надевая её, и в открытую дверь вплыло немного тумана.
Илья смотрел на жёлтый кусок.
Он знал, что надо сделать. Записать отклик в журнал. Отправить в шесть утра первой группой Ступу с Гердой. Лечь на маты и поспать четыре часа, потому что координатор, который не спит пятые сутки, — не координатор, а угроза. Он сам это писал. Раздел «Работа с откликами» в отрядной методичке написал он, Зимин И. А., в 2020 году. Пункт четвёртый: «Ночной отклик при отсутствии свежих групп отрабатывается на рассвете». Пункт пятый: «Один не ходишь никогда».
А в 2019 году, в Конаковском районе, поиск семилетнего Дениса Колпакова шёл четвёртые сутки, и было десять градусов мороза, и группы еле стояли на ногах, и в два часа ночи координатор Зимин И. А. снял ночные группы — потому что люди замёрзли, потому что правильно. Утром Дениса нашли. В четырёхстах метрах от последнего прочёса. Под ёлкой, свернувшегося, в куртке, которую он снял и подложил под себя, потому что так ему было теплее, потому что он думал, что так теплее.
Четыреста метров. Илья потом прошёл их — шагами, шаг семьдесят пять сантиметров, пятьсот тридцать три шага. Он прошёл их несколько раз. Шагов всегда выходило пятьсот тридцать три.
Так, сказал он себе. Отставить. Это было не здесь. Здесь — плюс четыре. Здесь — пятые сутки, а не четвёртые. Здесь — может быть, лиса.
А может быть, и не лиса.
Он сел, достал блокнот, записал: «23:55. Отклик. Сапунов Н., рыбак. Плач. Вязовый мох, гать от лесовозки, ~300 м, справа. ~22:00». И подчеркнул «справа», хотя это было не главное.