Но оставлять после себя расколотую планету было неэстетично. Мститель любил порядок, даже если это был порядок на пепелище.

— Ладно, поиграли и хватит. Пора прибраться в песочнице, — философски изрек брюнет, стряхивая пепел с сигареты в бездонную пропасть.

Пальцы в тактической перчатке легли на экран компактного пульта. Короткая мысленная команда, трансформированная в цифровой сигнал, вонзилась прямо в порабощенный мозг Пятого.

Живая машина, еще минуту назад бывшая надменным божеством, покорно вскинула руки.

Пространство содрогнулось от чудовищного, концентрированного всплеска гравитационной энергии. Телекинетик больше не отвлекался на эмоции, непомерное эго или боль — теперь его дар работал со стопроцентной, машинной эффективностью, направляемый исключительно холодной волей нового хозяина.

Тектонические плиты, скрежеща так, что этот звук отдавался в самых костях, начали сходиться. Невидимые тиски колоссальной мощи сдавили земную кору. Магма, ревущая в разломах, оказалась безжалостно вдавлена обратно в мантию, а гигантские трещины захлопнулись, сминая асфальт и остатки зданий в причудливые бетонные гармошки. Эспер плавно опустил ладони, и гравитационный пресс придавил руины к земле, гася последние, остаточные толчки землетрясения. Пылевые облака были прибиты к земле резким перепадом давления.

Конец света отменялся. По крайней мере, в отдельно взятой стране.

Мегаполис лежал в руинах, половина корпоративных активов превратилась в пыль, но континент больше не трещал по швам. Авантюрист удовлетворенно кивнул, глядя на результат. Так-то лучше. Красиво, брутально и без лишней суеты.

— Отличная работа, инструмент, — Двадцать Восьмой по-хозяйски хлопнул марионетку по плечу. В стеклянных глазах Пятого не дрогнул ни один мускул. — А теперь отправляйся к Вегасу. Ему как раз не хватало тяжелой строительной техники, чтобы возводить баррикады вокруг Манхэттена.

Хлопок телепортации поглотил покорного раба, отправляя его в пепельную вселенную. Скиталец остался один на один с остывающим городом. Он глубоко затянулся, наслаждаясь звенящей тишиной, а затем, свернув пространство в тугую спираль, шагнул вслед за своим сизым дымом.

Родной, пропахший грунтовкой, машинным маслом и хорошим табаком гараж встретил хозяина спасительным уютом. После игр с тектоническими плитами хотелось заняться чем-то простым, осязаемым и по-настоящему созидательным.

Переодевшись в рабочий комбинезон, парень подошел к старому магнитофону. Сибирский панк и депрессивная лирика отлично подходили для грязной работы с кузовом, но сейчас настроение требовало драйва. Требовало огня, блеска и первобытной, хулиганской энергии.