Хлопок. Прыжок за спину. Удар.

Всё бесполезно. Барьер Пятого стал плотным, как монолитная скала. Боль возвела его силы в абсолют. Телекинетик даже не обернулся, отмахнувшись свободной рукой. Ударная волна швырнула авантюриста в стену с такой силой, что штукатурка брызнула во все стороны.

— Ты забрал мое лицо, — страшно, бесконечно жутко улыбнулся сожженный монстр, глядя на задыхающуюся девушку. — А я заберу твою вселенную. И знаешь, что самое забавное? Я не просто убью ее. Я сотру ее из этой реальности.

Пятый медленно, с наслаждением сжал обугленные пальцы в кулак.

Пространство вокруг Леры завибрировало. Юноша, хрипя и отплевываясь кровью, отчаянно потянулся к ней, пытаясь совершить скачок прямо сквозь щит, пытаясь вырвать ее из этих невидимых тисков.

— ЛЕРА!

Но он не успел.

Щелчок пальцев телекинетика прозвучал как выстрел пушки. Не было ни крови, ни крика. Тело девушки просто… рассыпалось. Миллиарды светящихся частиц, крошечных атомов, вспыхнули на мгновение и осыпались на дорогой паркет серой, безжизненной пылью. Одно мгновение — и от кофейной феи, смеявшейся в его объятиях пару часов назад, не осталось абсолютно ничего.

Внутри Двадцать Восьмого что-то надломилось. С громким, физически ощутимым хрустом.

Ярость, боль и дикое, невыносимое отчаяние слились в раскаленный ком, который разорвал грудную клетку изнутри. Разум отключился. Инстинкты взвыли. Способность, которая раньше послушно сгибала пространство, теперь, подпитываемая чудовищным эмоциональным всплеском, пробила его насквозь.

Парень издал нечеловеческий, полный боли крик и рванулся вперед, туда, где только что была его любовь.

Но вместо привычного хлопка раздался оглушительный треск рвущегося мироздания. Комната, обожженный Пятый, серый пепел на полу — всё это смазалось в слепящую белую линию. Реальность лопнула, как мыльный пузырь, затянув беглеца в образовавшуюся воронку.

Удар о твердую поверхность выбил остатки воздуха из легких.

Брюнет лежал на спине, слепо глядя в небо. Оно было не синим и не затянутым привычными питерскими тучами. Оно было свинцово-серым, мертвым, скрытым за плотной, непроницаемой пеленой облаков, из которых медленно, кружась в ледяном воздухе, падал снег.

Или это был не снег?

Юноша медленно сел, пропуская сквозь пальцы холодные белые хлопья. Пепел.

Вокруг простиралась бескрайняя, вымороженная пустошь. Вдали виднелись руины гигантского города, но их очертания казались чужими. Скелеты небоскребов в стиле ар-деко, искореженные стальные мосты, проржавевшие остовы массивных, пузатых автомобилей с хромированными бамперами, похожих на те, что он видел в старых фильмах про мафию сороковых годов.