— Жарь их, Искра! Сжигай всё к чертовой матери! — голос лидера, усиленный рацией, лязгнул металлом.

Рыжеволосая фурия с маниакальным восторгом нажала на спуск. Струя густого, липкого напалма осветила мертвую станцию адским светом. Огонь жадно лизнул платформу, перекидываясь на деревянные перекрытия и ящики. Мутанты, попавшие под струю, превратились в визжащие живые факелы, в панике мечущиеся по перрону.

Гвоздь и Рокко методично, хладнокровно добивали выживших. Тяжелые выстрелы дробовика отбрасывали горящих тварей обратно во тьму.

Спустя минуту всё было кончено.

Воздух пропитался запахом горелой плоти и пороха. Огонь от напалма медленно доедал остатки рынка.

Скиталец тяжело приземлился на платформу, его белый плащ покрылся каплями черной крови. Двое парней, Бик и Шрам, лежали мертвыми, растерзанные поверхностными хищниками.

Рокко молча подошел к телам своих людей, снял респиратор, несмотря на приказ, и тяжело, с хрипом выдохнул, глядя на разорванного Бика.

— Они открыли гермоворота на поверхность, — глухо произнес гигант. — Кто-то специально впустил этих тварей внутрь, чтобы задержать нас. Чтобы мы увязли в бою, пока они уводят станцию.

— Это не просто засада, командир, — Шип, тяжело дыша, опустился на колени у края платформы и указал лучом подствольного фонаря вниз, на лестничный пролет, ведущий в самые недра метрополитена.

Вся команда подошла к краю.

В свете фонаря предстала жуткая, сводящая с ума картина. Широкие ступени, уходящие во тьму нижних уровней, были покрыты толстым, пульсирующим слоем фиолетовой плесени. Но самое страшное было не в ней.

Поверх светящейся слизи виднелись следы. Тысячи, десятки тысяч кровавых и грязных отпечатков ног. Ботинки, босые ступни, следы волочения. Весь многотысячный Гранд-Сентрал, словно повинуясь зову Крысолова, добровольно спустился в эту бездну.

— Следы ведут на минус шестой уровень, — прошептал Гвоздь, пережевывая потухшую сигару. — Туда, где старые гидропонные фермы и коллекторы.

Двадцать Восьмой невозмутимо поправил очки ночного видения. Холодный, аналитический ум уже просчитывал варианты. Потеря двух бойцов была досадной, но она лишь доказывала, что враг боится прямой конфронтации, раз использует поверхностных мутантов как живой щит.

— Пастор решил собрать всю свою паству в одном месте, — бархатный баритон юноши разрезал тишину мертвого вокзала. — И, видимо, приготовить из населения станции гигантский грибной бульон.

— Мы спустимся туда? — Искра подошла ближе, ее зеленые глаза лихорадочно блестели в свете догорающего напалма. — Их там тысячи, Фокусник. Одурманенных, вооруженных и абсолютно безумных.