Катя, умница — мгновенно всё поняла.

— Спасибо, товарищ егерь! — сказала она.

Пожала мне руку и, не оглядываясь, пошла в клуб.

Я поймал одобрительный взгляд Павла. Через минуту он подошёл ко мне вместе с Фёдором Игнатьевичем.

— Молодец, Андрей Иваныч! — сказал председатель. — Как ты Кольку-то, а? Пусть попробует теперь что-нибудь вытворить! Мы ему тут же все грешки припомним.

— А что, за ним и другие грешки есть? — поинтересовался я.

— А за кем их нет? — улыбнулся председатель. — Только ведь оно как? За одним человеком промашку замечать не хочется. А за другим — она сама в глаза бросается. Потому что люди — разные.

— Понятно, — я покрутил головой. — Фёдор Игнатьич! У меня тут неожиданно свежее мясо образовалось. Как бы его распределить между теми, кто больше нуждается? Есть у нас в деревне такие? Одинокие старики, многодетные матери?

— Есть, как не быть, — согласился председатель. — А много мяса-то?

— Да килограммов сорок. Я не взвешивал.

Брови Фёдора Игнатьича удивлённо поднялись.

— Немало! Хорошо поохотились, значит?

— Хорошо. Двух кабанов взяли и стадо от полей отпугнули.

И не хотел, а прихвастнул. Есть в нас, мужиках, такая жилка. Ничего не поделать.

— Вот это молодцы! — обрадовался председатель. — А что с нашими охотниками? Будут лицензии?

— Уже есть, Фёдор Игнатьич. Пока десять, а там посмотрим. Надо бы по этому поводу ещё мужиков собрать — распределить хоть по одной на троих, чтобы всем досталось.

Я надеялся, что председатель лучше меня знает — кто с кем ходит на охоту. И поможет распределить лицензии так, чтобы не было обид.

— Соберём! А с мясом, знаешь, что? Давай-ка после фильма возьмём мою машину, да я сам мясо и развезу по адресам. Хочешь — вместе поедем.

— Да нет, Фёдор Игнатьич. Вы развезите, а у меня дел много.

— А то возвращайся на танцы! — подмигнул мне председатель. — Молодёжь до ночи гулять будет. А вы с Пашей за порядком присмотрите.

Он увидел сомнение в моих глазах и заторопил:

— Ну, идём-идём в зал! Кино уже началось. Новый фильм! Смешной, говорят — страсть!

Мы протиснулись в набитый битком маленький зал и по боковому проходу пробрались к задним рядам. Какие-то мальчишки, узнав председателя, вскочили и освободили места.

Фёдор Игнатьич потянул меня за рукав.

Следующие полтора часа мы с Фёдором Игнатьичем сидели в тёмном зале, полном от души смеющихся людей. Зал то замирал, то хохотал и даже подпевал вместе в Валерием Золотухиным неунывающему герою Леонида Куравлёва:

— Вдруг как в сказке скрипнула дверь!

Всё мне ясно стало теперь!

Столько лет я спорил с судьбой

Ради этой встречи с тобой!