— Не… они гулять пошли. К речке.

Судя по тому, что в руках Софья Никитична держала крупную кувшинку, а штанины спортивных брюк князя были подвернуты выше колен, прогулка к речке состоялась.

— А откуда они тут взялись? — поинтересовался Леший и тогда даже обрадовался, потому как репутация у Чесменова была своеобразная.

Да и нужные люди, в число коих Леший входил, знали о небольшом таком подразделении, столь секретном, что и названия у него не имелось, главою которого числился князь. Где-то там наверняка числился. В совсем уж секретных бумагах.

В общем, тогда Леший подумал, что с бумагами ему можно не разбираться, если Чесменов тут, но, возможно, стоит предложить посильную помощь в делах.

Трупы там убрать.

Допрос провести…

— Приехали, — ответила Данька. — Недавно. Говорила же, что поженились и приехали…

Вот тогда-то Леший окончательно завис.

— Они раньше тут жили, когда молодыми были… давно еще. И теперь вот тоже. Молодость вспомнили. Так бабушка Софья сказала. А Яков Павлович сказал, что чего её вспоминать, когда он и сейчас молодой. Он смешной…

Ну да… хотя многие, кому случалось столкнуться с Чесменовым, пожалуй, не согласились бы.

— А бабушка Софья сказала, что ему надо быть серьезным и ответственным. А он сказал, что он серьезный и ответственный на службе. А тут он несерьезный и вообще отдыхает.

Вот в отдых Леший не поверил.

Во все остальное…

Тоже не поверил бы. Но Софья Никитична засмеялась, да и кувшинка. И мокрые шлепанцы, которые босой князь в руках нес… и не стал бы он так шутить. Все ж Кошкина — это княгиня целая, к Её императорскому Величеству приближенная, чтоб с нею шутить…

В общем, всю ночь Леший маялся, пытаясь понять, чего видел, а потом плюнул и бумагами занялся. Хотя получалось ничуть не лучше, чем с пониманием.

— Леший! — прервал размышления громкий крик объекта. — Леший, выходи…

Чтоб вас всех.

Не задание, а цирк какой-то, с императором в главной роли. А Леший, выходит, то ли клоун, то ли…

— Леший, я знаю, что ты тут…

К опушке леса его императорское величество направились бодрым шагом, весьма надеясь, что не ошибаются. Потому как если ошибаются, выглядеть он будет преглупо.

Над головой качнулись ветки.

Повеяло прохладой. И привычно уже, приветственно, зазвенели комары.

Император огляделся, на всякий случай бросил сканирующее заклятье, которое, как и ожидалось, ничего-то и никого не обнаружило.

Оглянулся…

Девушки ушли. Иван все так же бродил по краю поля, размахивая руками. Издали, долговязый и худой он чем-то напоминал голенастого журавля. Но конопле махания нравились и она, покачивая верхушками, тянулась к солнцу.