Решающий момент наступил, когда барон попытался повторить свой коронный приём — тройную атаку. Я дождался третьего удара, парировал его с переводом и мгновенно контратаковал.

Клинок прошёл под его защитой и оставил чёткий порез на предплечье. Не глубокий, но достаточный для победы по правилам дуэли.

Майдель остановился, глядя на кровь, которая медленно пропитывала ткань мундира.

— Поединок окончен, — объявил его секундант. — Победа за господином Фаберже.

Барон молчал, сжимая рукоять сабли. В его глазах читались ярость и унижение. Он бросил вызов простолюдину, рассчитывая на лёгкую победу, а получил позорное поражение.

— Превосходный бой, — сказал я, протягивая руку для рукопожатия.

Майдель проигнорировал жест:

— Это ничего не меняет, Фаберже. Дуэль дуэлью, а справедливость справедливостью.

— То есть?

— То есть ваша семья всё равно ответит за содеянное. Рано или поздно.

Он повернулся и направился к выходу. Его секунданты последовали за ним, бросая на меня враждебные взгляды.

— Плохой проигравший, — заметил Сергей Никифорович, глядя им вслед. — В наше время умели проигрывать с достоинством.

— Времена меняются, — философски заметил Денис. — Зато ты, Саша, дрался как дьявол.

Я усмехнулся.

— Ага. А то вы все заладили, дескать, ювелир-ювелир…

Мы собрали вещи и направились к выходу из парка. Дуэль была выиграна, честь семьи восстановлена. Но угроза барона Майделя не была пустой. У нас появился ещё один враг — влиятельный и озлобленный.

Впрочем, врагов у дома Фаберже и без того хватало. Один больше, один меньше — какая разница?

Главное, что теперь все знали — с Фаберже шутки плохи. А это уже что-то.

* * *

Домой мы вернулись около восьми утра. Лена встретила нас в прихожей — видимо, караулила с самого рассвета. Увидев меня целого и невредимого, она заметно расслабилась.

— Ну как? — спросила она, стараясь казаться равнодушной.

— Майдель получил урок хороших манер, — ответил я, снимая пальто.

— То есть ты выиграл?

— А ты сомневалась?

Лена бросилась мне на шею, не сдержав эмоций:

— Я так боялась… Думала, больше тебя не увижу.

— Зря переживали, Елена Васильевна. Ваш брат оказался куда опаснее, чем выглядел, — заметил Денис.

Отец спустился по лестнице, услышав наши голоса. В халате и домашних туфлях он выглядел встревоженным.

— Саша? Всё в порядке?

— Более чем. Победа за мной.

Василий Фридрихович облегчённо вздохнул.

— Слава богу. Я всю ночь не спал, представлял худшее.

— А теперь можешь спать спокойно, — улыбнулся я. — Честь семьи восстановлена. Хотя бы её часть.

— Завтракать будете? — спросила Лена. — Или от адреналина аппетит пропал?