Та женщина, что сейчас хозяйничала в таверне, не имела с прежней Гао Лань ничего общего. У нее нет манер, благородной речи и раболепного взгляда.

Настоящая принцесса смотрела так, словно постоянно ждала удара. Эта же смотрела, явно собираясь ударить первой.

Он не верил, что характер мог чудесным образом измениться. И он точно знал, что в империи Байлин к ней тоже относились отнюдь не тепло. Пусть она что-то там вякает про брак, но Наследный принц первым заявил о том, что свадьбе не бывать. Это не ее решение, а проклятого Суань Лина.

Небеса, да разве она ступала на кухню за всю свою жизнь?

Лун Цзюэ невольно усмехнулся, вспомнив банкет. Будь Гао Лань истинной Гао Ланью, она бы и не попалась ему на глаза. Эта же женщина не дрожала, не пыталась угодить. Она огрызалась и насмехалась.

Наследный принц, Суань Лин обходился с генералом с большей почтительностью, чем эта изменница. Принцесса Гао Лань не могла забыть, кто перед ней находится, а эта женщина, с лицом принцессы, так язвила и оскорбляла, что он до сих пор жалеет, что не отвесил ей пару пощечин.

Пальцы Лун Цзюэ легли на лежащие рядом донесения.

А что с ее прислужниками? Судя по информации из донесений, когда караван покидал Цинлун, рядом с принцессой находились старый министр Вэнь Бо, два молчаливых внуха и одна служанка.

Но эти отчеты не бились с тем, что сегодня принесли его соглядотаи. Рыжий, кажется, вовсе и не евнух, постоянно посещает ароматный дом. Второй имеет какие-то странные отношения с некой Мэй Сю. Получается, они оба — здоровые мужчины? А Ли Жу, та стала сказительницей в ресторане принцессы, плетет небылицы.

Генерал поднялся и подошел к окну. Над столицей висела луна.

— Кто же ты такая? — тихо произнес он.

Ветер шевельнул рукава его одежд. Ответа не последовало. Но Лун Цзюэ и не ждал его.

Он слишком долго прожил среди интриг, чтобы верить в совпадения. Если на тихом пруду вдруг появляется дракон, значит кто-то заранее выкопал для него русло. А значит, нужно искать не самого дракона. Нужно искать того, кто его привел. И генерал был намерен это сделать.

Оставлять просто так Гао Лань смерти подобно. Истинная она принцесса, или нет, но она точно знает, какое задание Лун Цзюэ дал принцессе. Он же вручил ей и яд, и нож, чтобы она убила наследного принца.

Старая Гао Лань язык не развяжет, а эта?

Лун Цзюэ еще некоторое время стоял возле окна, наблюдая за ночной столицей.

В Байлине любили фонари. Даже глубокой ночью улицы мерцали золотистыми огнями, словно город боялся остаться наедине с темнотой. В Цинлуне было иначе. Там темноту уважали. Потому что именно в ней рождались самые важные решения.