— Вам-то что? — удивленно спросила я вслух, гладя Ларису между ушей. — Тоже замерли на сериальчике? Рейтинг вам наш зрительский не нравится?

Сериал, кстати, сильно ругали. Он вышел давно, добрался до нашей страны, но и китайские, и российские критики относили к нему безжалостно.

На экране уже был принц. Суань Лин. Высокий, как кипарис, мужественный, но холодный, как январский ветер в лицо. Его черные глаза смотрели на принцессу не взглядом мужчины на женщину, а взглядом следователя на улику. И она, дура, потупилась, залепетала что-то про мир и благоразумие.

— Да заткнись ты уже, — не выдержала я, шлепнув ладонью по дивану. Все три кота вздрогнули. — Смотри! У него же на лбу написано: «Я идиот, меня водят за нос тетка в парике и старик с бородой!» Объясни ему. Ткни его носом в эти их паскудные интриги! А она… «О, мой принц, я так надеялась…» Терпила. Настоящая терпила. Ее не девушкой звать, а ковриком для вытирания ног.

Мне стало жарко от возмущения. Я отпила вина, чувствуя, как кисло-сладкий вкус смешивается с горечью на языке. Не от вкуса, а от собственного бессилия. Я ругаю сюжет, но сама оказалась в ужасной ситуации. Муж меня обвел вокруг пальца, сбежал с деньгами, а судопроизводство едва ли двигается с места. Чем я лучше дурочки Гао Лань? Ну, готовить умею. В остальном я была еще глупее.

Сюжет катился по накатанной колее. Принцессу унижали при дворе. Подкидывали ей улики. А она молчала, проливая красивые слезы размером с виноградины. Принц в это время хмурил брови и произносил пафосные речи о долге и мести.

— И кому ты мстишь-то, дубина? — я обратилась уже к нему, к пиксельному принцу на экране. — Брата твоего подставили. Подстроили все. Убили. А ты вместо того, чтобы головой работать, на девчонку рычишь. Хорошего пинка тебе под царственный зад не хватает. И ей… ей бы нашкодить. Хотя бы раз. Не мычать, а дать сдачи. Хотя бы словом.

Усталость накатывала теплой пеленой. Бокал стал невесомым в руке. Я поставила его на пол, уткнулась лицом в шелковистую шерсть Ларисы. Она мурлыкала, и это мурлыканье начинало звучать в такт заунывной флейте из саундтрека.

На экране началась кульминация. Темнота, заговорщики, яд в кубке. Принцесса, уже простившаяся с жизнью, смотрела на принца глазами, полными любви и боли. А он, слепец, понимал все только сейчас, когда она, кашляя кровью, сползала на паркетный пол дворца.

— Отвратительный финал, — поморщилась я. — Ну почему в дорамах так любят излишне драматизировать?

Я почти сорок серий ждала счастливого финала, даже заранее искала отзывы критиков, но это была новинка. Ах, повелась. В общем, конец был печальным, что меня, конечно, расстроило. В целом интрига в сериале была сильной.