Повсюду, как живые драгоценности, двигались женщины. Они были одеты в струящиеся наряды всех цветов радуги, их прически были украшены нефритовыми шпильками и живыми цветами, а лица, подкрашенные с искусством настоящих мастеров, казались масками неземной красоты. Они смеялись, танцевали, подавали вино, играли на пипах. Мужчин было меньше, и все они выглядели либо знатными вельможами в дорогих халатах, либо богатыми купцами с самодовольными лицами.

Мы застыли на пороге. Как стервятники на запах крови, к нам тут же устремились сразу несколько девушек. Они не бежали, нет. Они плыли, изгибаясь, как ивы на ветру, с улыбками, в которых было обещание всего и сразу.

— О, новые гости. Такие статные, такие интересные, — пропела одна с каскадом черных волос, тут же обвивая рукой Жун Мао. Ее глаза, подведенные сурьмой, смотрели на него с нескрываемым интересом. Он не отстранился, а лишь снисходительно улыбнулся, и эта улыбка, казалось, сделала его своим в этом месте на раз-два.

— А этот сильный, молчаливый, — другая,уже прильнула к Тай Фэну. Тот покосился на нее, обнюхал воздух и, к моему изумлению, буркнул:

— У вас тут пахнет жареными каштанами. Где?

Девушка залилась серебристым смехом, приняв это за остроумную шутку.

— Все есть, милый, все будет. Пойдем, покажу.

— Хозяйка?

— Хозяйка?

Оба словно спрашивали у меня разрешения.

— Ой, да идите вы куда хотите, — отмахнулася я.

Хорошо, что Ли Жу не потеряла самообладание. По факту, она превосходила всех девушек внешностью.

Одна из девушек, постарше и с умными, оценивающими глазами, отделилась от общей стаи и подошла ко мне и Ли Жу. Она окинула нас взглядом, и в ее глазах мелькнуло легкое удивление, быстро смененное профессиональной учтивостью.

— Юные господа, вы, кажется, немного смущены? Первый раз в нашем скромном заведении? Не волнуйтесь, мы поможем расслабиться. У нас есть прекрасные комнаты для беседы, отличное вино…

— Нам нужен Линь Мо, — выпалила я, стараясь говорить низко и отрывисто, как, мне казалось, должен говорить юноша. Получилось пискляво и неестественно. — Вот деньги, проведи.

— Мастер Линь? — она молниеносно убрала золотую монету в свой корсет. — Он, конечно, частый гость, но он сейчас занят. Творит. В обществе вдохновляющих муз, — она грациозно махнула рукой в сторону винтовой лестницы, ведущей на второй этаж. — Комната в конце западной галереи. Но он не любит, когда его беспокоят по пустякам.

— Это не пустяк, — сказала я, пытаясь вложить в голос уверенность. — Это деловое предложение. Скажите, что… что его искусство может обрести новое, невиданное полотно. Или что-то в этом роде.