Удивительная штука — память. Порой она вытаскивает из небытия вещи, несовместимые с нашими представлениями о мире. Например, мне как-то в детстве приснилось, будто бы я еду с родителями на машине по берегу Любицы. С одной стороны стоят девятиэтажки, а с другой — осенние березы и мемориал воинам Великой Отечественной. Прошли годы, и я действительно проехал мимо тех мест на машине, только не с родителями, а с друзьями. И что самое интересное — прежде я там не был ни разу, а мемориал в жизни не видел. Получается, мне приснилось будущее? Или, может быть, прошлое?

Вдруг во мне тогда, уже в двадцать первом веке, промелькнуло чужое воспоминание? Воспоминание Кашеварова! Откуда же мне знать, как эта связь работает? Не просто же так я очутился в его теле после смерти там, в будущем… Черт подери, как подумаю, голова начинает кружиться.

Но самое-то главное, что я не берег Любицы с березками сейчас вспомнил. А то, как Сергей Антонович Рокотов, наш генеральный директор, однажды рассказывал: в восьмидесятые в Андроповске орудовала какая-то банда, члены которой притворялись милиционерами. Действовали они так: выбирали детей, одетых поприличней, «арестовывали» за какие-то пустяковые провинности, доставляли в фальшивое «отделение» и там допрашивали. Делали это хитро: узнавали достаток семьи, спрашивали, с кем живут, кто где работает и когда не бывает дома. А потом грабили эти квартиры. Дети молчали, потому что им было стыдно попасться милиционерам — они-то ведь думали, что все по-настоящему! Если бы хоть один пострадавший ребенок признался, бандитов поймали бы очень быстро. А так им долго удавалось скрываться от правосудия, кажется, года до восемьдесят девятого. Или даже девяностого. Почему вот только я долго не мог это вспомнить? Слишком погрузился в это время, начав забывать свою прошлую жизнь? Впрочем, главное сейчас другое.

Неужели я вышел на след той самой банды, о которой услышал в прошлой жизни от Рокотова? Осталось всего ничего, чтобы это проверить — съездить с Апшилавой и другими милиционерами на улицу Степана Разина. Найти эту заброшенную контору, вскрыть ее и освободить детей. Странно только, что бандиты их так долго держат — может, услышали сообщение в громкоговорителях патрульных машин и испугались? Точно, и теперь просто не знают, как быть и что делать.

Все это пронеслось в моей голове за считанные секунды, пока Эдик складывал в собственных мыслях все факты. А потом он задал самый логичный в этой ситуации вопрос:

— Так где же дети, Евгений Семенович?

— Я почти уверен, что в бывшем помещении ЖЭКа, — ответил я. — И вот еще, Эдик. Пока мы туда едем, причем как можно быстрее, вашим коллегам нужно по-быстрому найти и задержать человека, у кого остались ключи. Вряд ли бандиты попали туда случайно, должен быть кто-то, кто им помогает.