Тут он замешкался и принялся щёлкать пальцами.

— Барышню?

— Я хотел сказать «блядь», но ваше слово тоже подходит, — кивнул очкарик.

— И что же это за средство? — поинтересовался Богачёв с любопытством, открывая папку. Он машинально прочитал несколько строчек и вдруг нахмурился. — Хм. Погодите, это же Молочников. А это Куприянов и Липов. Они же мои друзья. Нет, извините, я так не могу.

— Чего не можете? — очкарик с удивлением покосился на папку. — Ах, не можете попереть своих верных товарищей со службы? Ну что поделать, я вас прекрасно понимаю: вы добрый, честный и необычайно отзывчивый человек. Всем бы такими быть, как вы, Иван Андреевич. А в особенности господину Молочникову, который запросил у меня взятку в размере годового бюджета целого района размером с Швейцарию.

— Слушайте, всё же можно урегулировать, я с ним поговорю, и вы вполне сможете договориться бесплатно, — предложил покрасневший от стыда Иван Андреевич.

— А я не хочу бесплатно. Я хочу, чтобы его со службы попёрли, — капризным голосом ответил очкарик. — Вы уж выберите, что вам ближе: мнение друзей или ваши собственные потребности.

Богачёв подумал и решительно поднялся со своего места. Папку он вернул в руки хозяину.

— Всего вам доброго, — сухим официальным голосом произнёс он. — Очень рассчитываю на то, что наш разговор останется в тайне.

Очкарик тут же ухватил его за руку и заставил вернуться в кресло.

— Ну чего вы так? Пейте кофе, вы почти ничего не выпили, неужели обиделись? И совершенно напрасно. Вы слишком мягкий человек, и в этом ваша главная проблема.

Иван Андреевич и сам не понял, как в его руках оказалась чашка горячего ароматного напитка, а завхоз хлопотал вокруг и рекомендовал не нервничать, а уж тем более по таким пустякам.

— Не нервничать? — огорчённо вопрошал Богачёв. — Пашка Молочников, мой одноклассник, мы с третьего класса вместе. А с Куприяновым мы от учебки до дембеля, последними портянками делились... Всякое было, но предавать друзей... на такое паскудство я не пойду. У Липова я вообще крёстный. Мне как потом крестникам в глаза смотреть?

— Правильно. Всё правильно. Вы как крупный государев человек чувствуете ответственность за всё и в первую очередь за своих друзей и товарищей. Они же вам как семья, — поддакивал ему завхоз. — Вместе пьёте, вместе гуляете, по работе там, всякие вопросики мимо кассы по дружбе, то-сё. Чтобы их кидануть вот так, нужно быть настоящим козлом. А вы же не козёл, а? Иван Андреевич?

— Всё верно. Я — не козёл!

— Это пока что вы не козёл, но не переживайте, я сделаю из вас настоящего козла, и в вашей жизни всё непременно наладится, — пообещал ему Четырёхглазый.