— Применю артефакт, — пожал плечами я. — в такой ситуации заранее обзавестись подходящим представляется вполне благоразумным.

— В точку. Что вы вообще знаете об артефактах?

— Магический предмет, способный на целевое воздействие, то есть, один предмет — одно заклинание. Артефакты бывают одноразовые и перезаряжаемые. Первые применяются чаще и их на рынке гораздо больше.

— Почему их больше?

— Вероятно, из соображений выгоды для производителей артефактов. Всякий раз покупатель тратит весомую сумму на приобретение артефакта, оборот растёт, доходы — тоже. Но это уже из области экономики и торговых стратегий.

— Хорошо. Расходуется ли личная мана мага при использовании артефакта?

— Зависит от типа вложенного в артефакт заклинания. Для создания огненного шара, например, расход маны не требуется. Тогда как для чего-то узконаправленного и, тем более, персонифицированного — например, для наведения порчи — расход неизбежен, и в описанном примере он довольно большой.

— Фёдор Юрьевич, скажите, вы отвечаете чеканными формулировками, словно по учебнику. Хотя во всех известных мне книгах и пособиях написано примерно то же самое, но другими словами. Не поделитесь секретом?

— Во-первых, в моей недолгой земской жизни довелось поработать редактором газеты. Очень, знаете ли, структурирует речь — даже в уме. Кроме того, в детстве учителя уделяли немало времени риторике и стилистике, и забылось далеко не всё.

— Хорошо, принимается, — кивнул директор, посмотрев на меня с некоторым уважением. — Вернемся к артефактам. Бывают ли многоцелевые артефакты?

— Встречаются, но нечасто. Главная причина — крайне высокая стоимость, которая, разумеется, оправдана, учитывая сложность изготовления. Но на практике платить бешеные деньги за, как правило, одноразовые «мульти-пульти», как такие изделия называют дети, мало кто готов. Тогда проще накопить на домового, хотя бы сиамского — в долгой перспективе обойдётся существенно дешевле.

— Скажите, а домовые — артефакты? — коварно спросил директор.

— Нет, — уверенно ответил я. — Об этом писали и раньше, но во вчерашнем «Вестнике учёной стражи» вышла большая статья гросс-профессора Поликлиникова, в которой он утверждает, что домовые — квазиживые существа, и, более того, до дня, когда приставку «квази» можно будет выбросить за ненадобностью, осталось совсем чуть-чуть.

— Как интересно! Спасибо, непременно почитаю, — теперь он уставился на меня с подозрением: с чего бы юному аристократу, пусть даже сверх меры любознательному, на досуге почитывать газету страшников, к которым, как к любым опричникам, отношение в обществе было не самым восторженным? — Значит, этим вопросом в нашей науке наконец-то займутся.