— Так точно, задача была совсем иная, решена, — и Мария рассказала историю затосковавшего по мультикам попаданца.

— Занятно. Отчет по этому делу писать придётся максимально подробно: Рикович всё-таки, тем более, внезапно мёртвый — и то, что его, умершего, допрашивал некромант, может нам головной боли добавить. Пишите все, пишите всё, там важно никакой мелочи не упустить. Но это уже в замке, конечно. Покажите мне его артефакт.

Макс, уже вернувшийся в привычный вид с очками и серой шевелюрой, достал из рюкзака пластиковый контейнер. Вынул из него сундук, поставил на траву.

— Открыть?

— Разумеется.

Некоторое время ничего не происходило, затем из сундука осторожно выглянула полупрозрачная мордочка крупной мыши.

— Пи-пи-пи! — восхитилась мордочка.

— Как хорошо, что я не боюсь мышей, — прокомментировала княгиня.

Мышь исчезла, вместо неё мгновенно возник уже знакомый нам атлет. Подхватив сундучок, он в три гигантских прыжка пересек реку и скрылся в зарослях ивняка.

— Я от бабушки ушёл! — донесся до нас торжествующий вопль.

— Да-да, ушёл он. От бабушки… — не меняясь в лице, Серебряная будничным жестом вскинула руку.

— Гурш кримп укбурзум иши!

Ивняк шевельнулся, из него, неся сундук, словно гроб с покойником, выдвинулась печальная процессия из Колобка, Винни-Пуха, Карлсона и Чебурашки. Ступая по воде, они обратно пересекли реку, поставили сундук к ногам Серебряной и втянулись в него. Макс закрыл артефакт и убрал в контейнер.

— Смешная вещица, — заметила княгиня. — Изучим и, думаю, доведём до ума. Ромодановский, покойный Рикович, если не ошибаюсь, был вашим земляком?.

— Да, Светлана Сильвестровна.

— Тогда готовьтесь, придётся вам консультировать наших научников. Предвижу, четвёртый и шестой отделы будут драться за этот сундук.

— Слушаюсь, — кивнул я.

Приказы начальства не обсуждаются. Если оно решило, что Песчаный замок должен смотреть советские мультики, значит, так тому и быть. Осталось только понять, на сколько дней некий молодой некромант в ходе этой реконструкции будет оторван от дома.

Прилетел служебный конвертоплан. Из него выскочили трое научников из «четвёрки», получив короткий приказ, принялись паковать в контейнеры злодейский артефакт и реквизит ритуала. Бесчувственную Оленеву бледный Есугэй бережно, как великую драгоценность, отнес в салон. Дубровского в качестве лекаря отправили следом.

— Так, Восьмой отдел. Разбегаемся. Я возвращаюсь в кабинет. Конвертоплан увозит потерпевшую, злодеев… Кстати, им по инструкции силовое сопровождение положено, а я не вызвала. Прокол-с, — досадливо поморщилась Серебряная.