За столом уже сидели четверо. Супруги Накамура: он — инженер на железной дороге, крепкий мужчина лет сорока трёх с короткой стрижкой; она — учительница начальных классов, худощавая женщина с добрыми глазами и аккуратной причёской. И ещё одна гостья — женщина лет тридцати, в серо-голубом кимоно с мелким узором из листьев клёна, волосы собраны в небольшой пучок, заколотый простой деревянной шпилькой. Госпожа Сато представила её:

— Это Мицуко-сан. Работает в университетской библиотеке Васэда. Наша дальняя родственница по линии матери.

Мицуко слегка поклонилась, Кэндзи ответил тем же. Она быстро опустила взгляд на стол, щёки чуть порозовели.

Все расселись. Госпожа Сато вышла на кухню и вернулась с ещё одним блюдом — большой миской тушёной редьки дайкон. Кусочки были нарезаны ровными цилиндрами, пропитаны сладковатым соусом из соевого соуса, мирина и сахара, сверху посыпаны мелко нарезанным зелёным луком. Рядом уже стояла тарелка с жареной макрелью: корочка золотисто-хрустящая, мясо белое, нежное, политое лимонным соком. Была миска с отварными ростками бамбука, блестящими от кунжутного масла, маленькие онигири с начинкой из умэбоси — кислой маринованной сливы, свежие огурцы, нарезанные тонкими кружками и присыпанные солью с тёртым имбирём. В центре стола лежала большая фуросики с домашними моти: белые, чуть липкие, с начинкой из сладкой пасты адзуки, аккуратно разложенные на листьях бамбука.

Сато открыл первую бутылку сакэ — тёплое «Дзюнмай-гиндзё» из Ямагаты. Он разлил по маленьким фарфоровым чашечкам — белым, с тонким голубым ободком. Все чокнулись.

— За здоровье! За весну, которая наконец-то до нас дошла.

Сакэ оказалось мягким, с чистым рисовым вкусом и едва уловимой сладостью. Послевкусие оставалось долго. Все выпили первую чашечку медленно. Госпожа Сато сразу подкладывала еду: сначала ростки бамбука Кэндзи, потом кусочек макрели Накамуре.

Разговор начался с лёгких тем. О погоде — как неожиданно рано в этом году раскрылись бутоны, как в прошлом марте ещё лежал снег в некоторых районах. О новом трамвайном маршруте, который наконец протянули до окраин Нэрима — теперь можно доехать почти до самого дома без пересадок. О ценах на уголь — выросли на десять процентов, но поставки стали стабильнее. Накамура рассказал, как на днях видел на станции новый состав: вагоны блестящие, окна широкие, внутри даже есть отопление.

— Говорят, скоро такие пустят и на линию Токайдо, — добавил он. — Пассажиры будут ездить почти как в Европе.

Сато налил вторую порцию. Вторая бутылка уже была холодной — её поставили в кувшин с водой и льдом. Сакэ стало чуть резче, с более выраженной кислинкой.