Диверсант ошарашенно уставился на пустую ладонь, и этой секунды хватило стражникам. Они навалились втроём — один заломил руки за спину, второй придавил к земле, третий быстро обыскивал карманы.

— Есть! — стражник поднял небольшой пузырёк из тёмного стекла. — И кошель, тяжёлый.

— Обыщите тщательнее, — приказал я, подходя ближе. — Проверьте подкладку, сапоги, всё.

— Он это! Точно говорю! — проблеял Петька Косой, про которого все и забыли. — Этот хмырь лазил на склад!

Работник склада обличительно тыкал пальцем в захваченного агента, всем своим видом изображая праведное негодование честного человека — словно не он вчера вечером брал взятку за предоставление доступа к чужому товару, а его, бедного и невинного, коварно подвели под монастырь.

К этому времени на площади собралась изрядная толпа, привлечённая происходящим. Торговцы, покупатели, местные жители — все хотели знать, что происходит. Я решил использовать ситуацию.

— Держите его, — велел я стражникам.

Диверсанта заставили встать на колени прямо посреди площади. Я подошёл к нему, концентрируясь. Я старался не использовать публичноИмператорскую волю , но сейчас она была необходима.

—Кто ты и зачем подсыпал яд в мёд? — властно прозвучал мой голос.

Я буквально почувствовал, как его воля ломается под напором моей, точная рассохшаяся половица под крепким сапогом.

— Андрей Кислых… агент Тайного приказа Владимирского княжества… — сопротивляясь, заговорил диверсант. — Получил задание… отравить продукты на ярмарке… вызвать панику и смерти… показать, что маркграф Платонов не может защитить людей…

По толпе прокатился гневный ропот.

— Кто отдал приказ?

— Начальник Тайного приказа… по личному распоряжению князя…

— Что за яд?

— Цианид…

— На задание пошёл один?

— Да.

Женщина с девочкой, которая чуть не купила отравленный мёд, всхлипнула от ужаса. Толпа зашумела громче, послышались выкрики:

— Детоубийцы!

— Сабуров совсем страх потерял!

Я отпустил подбородок диверсанта, и тот обмяк, будто из него выпустили воздух. Повернулся к собравшимся:

— Вы всё слышали! Князь Сабуров настолько боится честной торговли в Угрюме, что готов травить невинных людей! Убивать детей! Вот истинное лицо того, кто называет себя правителем Владимирского княжества!

Толпа взревела от возмущения. Я поднял руку, призывая к тишине.

— За покушение на массовое убийство и попытку диверсии приговариваю к смертной казни через повешение. Исполнить немедленно!

Стражники унесли обмякшего диверсанта. А я снова обратился к толпе:

— Пасечник Трофим не виноват в случившемся. Я выкуплю всю его партию мёда и после тщательной проверки раздам бесплатно семьям! Пусть все знают — в Угрюме защищают своих жителей и гостей! И пусть весть о том, как Сабуров ведёт дела, дойдёт до всех княжеств.