Шестой и последний рыцарь, державшийся в тылу, рванул коня прочь, выжимая из животного всё до последнего. Глазами Скальда я видел, как всадник мчится по дороге, пригибаясь к шее лошади. Марья Брагина, занявшая позицию на пологом холме в трёхстах метрах от вырубки, выстрелила дважды. Первая пуля из Сумеречной стали, имевшая гораздо большее бронебойное и останавливающее действие, прошила защитный барьер рыцаря. Вторая попала в спину между лопатками. Рыцарь сполз с седла и упал в придорожную канаву. Лошадь без всадника проскакала ещё полсотни метров и остановилась, тяжело дыша.

Я отпустил Скальда и вернулся в собственное тело. Весь бой занял меньше двух минут. Орденский дозор внешнего кольца уничтожен целиком, и ни один рыцарь не ушёл с донесением.

Мы с Данилой добрались до места скоротечной битвы, и Рогволодов проговорил, глядя на дорогу, где гвардейцы уже обыскивали тела:

— Дело ясное. Скоро следующий разъезд заметит, что эти не вернулись.

— Значит, нам нужно двигаться быстрее, чем они успеют перестроиться, — ответил я, тронув коня.

Колонна возобновила движение. Разведчики ушли вперёд, а гвардейцы рассредоточились по флангам, готовые перехватить очередной патруль. Я ехал молча, прокручивая в голове накопленную картину орденской обороны. Годы разведывательной работы Рогволодова дали мне то, что нельзя было купить ни за какие деньги: подробную схему трёх эшелонов защиты вокруг Минского Бастиона.

Внешнее кольцо мы уже прощупали. Сеть конных и пеших патрулей, наблюдательные посты и магические «сторожки», расставленные на расстоянии шестидесяти-восьмидесяти километров от Бастиона. Звенья по пять-восемь рыцарей, мобильные, хорошо экипированные, обученные действовать дерзко и быстро. Их задача ограничивалась ранним обнаружением угроз, и сегодня они с этой задачей не справились. Мои гвардейцы оказались быстрее, сильнее и лучше вооружены, чем кто-либо из тех противников, с которыми Ордену приходилось сталкиваться за последние полвека.

Среднее кольцо представляло собой настоящую проблему. Пограничные крепости, расположенные на ключевых направлениях подхода к Минску, служили основным рубежом обороны. Каждая крепость являлась резиденцией комтура одного из капитулов Ордена, с гарнизоном от четырёхсот до шестисот рыцарей и послушников. Стены, возведённые с помощью магии, прикрывали дороги, речные переправы и перекрёстки. Между крепостями поддерживалась постоянная связь через магические каналы и конных курьеров. Даниле потребовались годы, чтобы собрать эту информацию по крупицам.