Я посмотрел на карту, потом на него.
— В Минске был Бастион, — произнёс Коршунов негромко, и в его голосе звучало удовлетворение охотника, вставшего на след. — Полноценный, с производственным кварталом, защитными стенами, инженерными школами. Работал примерно до середины прошлого века. Потом перестал.
— Что случилось?
— Ядрёна-матрёна, кому сказать, не поверят, но это чистая правда. Вот как всё было…
Глава 6
Коршунов потёр щетину на подбородке, сверился с записями и заговорил:
— Доклад неполный, сразу предупреждаю, — начальник разведки постучал пальцем по карте. — Глубже копать пока не получилось, тема больная, белорусы о ней говорят неохотно, а документы засекречены так, будто речь идёт о государственной измене. Собственно, речь о ней и идёт. Короче, слушайте. Минский Бастион существует, только он не работает. Законсервирован примерно полвека назад, и с тех пор ни одного станка не запускали.
— Кем законсервирован?
Коршунов откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.
— А вот тут начинается самое вкусное. Бастион захвачен. Его контролирует ливонский Орден Чистого Пламени. Их штаб-квартира сейчас как раз в нём и находится. Рыцари расселись по корпусам, устроили казармы, молельни, тренировочные залы. Производственные помещения заперли на замок и не трогают.
Я молча переварил услышанное. Захваченный Бастион. Полвека назад. Стены целы, оборудование на месте, только хозяева другие. Первый вопрос, который возникал в голове, был очевидным, и Коршунов ждал его, судя по тому, как подобрался, готовясь к длинному объяснению.
— Захват Бастиона — это война с системой, — произнёс я. — Коллективные гарантии, соглашения о взаимопомощи. Любой, кто тронет Бастион внутри периметра, получает объединённый ответ от всех остальных. Голицын сам мне об этом рассказывал. Так каким образом Ордену всё сошло с рук?
Собеседник усмехнулся одним уголком рта, без особого веселья.
— Потому что Орден провернул номер, от которого у нормального человека мозги набекрень встанут. Давайте по порядку. Орден Чистого Пламени — структура старая, уже несколько столетий существует. Военно-религиозная организация магов с антитехнологической, — он запнулся на заковыристом слове, — доктриной. Проще говоря, фанатики-луддиты. Возникли в Ливонской конфедерации, ядро ордена по-прежнему ливонское, хотя рекрутов набирают по всей Европе.
Родион перевернул лист и ткнул пальцем в записи, сделанные характерным угловатым почерком.
— Их модель уникальная. Они не ищут магов среди аристократии, как все прочие. Они выращивают своих. Выкупают детей с магическим даром у бедных семей, забирают из приютов, иногда родители сами отдают. Для безродного мальчишки из глуши стать рыцарем Ордена — единственный путь наверх. Еда, кров, обучение, статус. В результате у них армия магов, которые не связаны ни с одним родом, ни с одним княжеством. Их единственная семья — Орден. Их единственная лояльность — Ордену.