— А что насчёт Грандмагистра Хэммонда? — подал голос султан Мехмед из Стамбула.

Директор Уитмор из Сан-Франциско покачал головой. Улыбка на его лице не достигала глаз.

— С Элайджей Хэммондом ни разу не удалось наладить контакт. К сожалению, он недоговороспособен. Живёт по собственным правилам уже тридцать лет. Ждать от него помощи не стоит.

— Лишь бы не навредил, — добавил негромко президент ван дер Берг из Нового Амстердама.

И в этот момент началось то, что я ненавидел больше всего. Торг. Потому что Арбитры были не просто подразделением. Они были витриной. Каждый Бастион, чей представитель состоял в отряде, получал статус и признание: наш человек решает мировые проблемы, без нас вы не справитесь. Голосование за активацию означало помощь Детройту, но одновременно — возможность выпятить свой Бастион, свою мощь и незаменимость.

Голицын заговорил первым и сделал это элегантно:

— Архимагистр Велеславский, сильнейший металломант Содружества, готов выступить в любой момент, — князь выдержал чётко отмеренную паузу. — Впрочем, — добавил он с усмешкой, которую мог заметить только внимательный наблюдатель, — возможно, этот титул несколько устарел. Текущая ситуация покажет, где кроется истина.

Взгляд Дмитрия скользнул по мне, мимолётный, но считываемый. Я понял: московский князь только что предложил миру сравнить двух металломантов и сделал это из чистого политического расчёта. Если я окажусь сильнее Велеславского, это возвысит и Содружество, и лично Голицына как моего союзника.

Альбрехт Габсбург не позволил молчанию повиснуть надолго.

— Архимагистр Клара фон Герсдорф, глава оперативной группы Арбитров, будет координировать действия подразделения на месте, — объявил герцог, и голос его звенел от тщательно контролируемой гордости. — Берлинский Феникс возьмёт ситуацию под контроль. Можете быть уверены.

Акцент на «возьмёт под контроль» прозвучал как завуалированная пощёчина: мол, Детройт и Платонов не справляются, а вот некий «Феникс» разберётся. Мари-Луиз стиснула пальцы под столом, но лицо Хранительницы осталось неподвижным.

Мехмед XI Дамир из Стамбула неторопливо взял слово. Грузный мужчина лет шестидесяти с аккуратной седой бородой и тяжёлыми кольцами на пальцах, султан говорил так, словно каждое его слово прямо в моменте вырезал в камне некий старательный гравёр. Впрочем, я бы не удивился, если бы это было правдой.

— Бастион Стамбула окажет всестороннюю поддержку Детройту. В составе Арбитров находится уважаемый Юсуф аль-Хаттаб, да благословит его Пророк, из братства Ахль-и хавас. Его искусство геомантии, усиленное арабесками и боевыми мандалами, известно от Босфора до Инда.