А теперь представьте, что страх смерти убирается. Четланин отдает себя богу (что невероятно круто!) и остается жив! Мне кажется, это будет аргумент для роста религиозного рвения. И жрецы смогут быстро сколотить крепкое хозяйство. Ну, не знаю… Послать ребят копать глину и клепать кирпичи в промышленных масштабах. Учитывая, что здесь, в моей державе, недра на самом деле являются достоянием народа! В смысле, кто взял, того и тапки. Можно посылать людей на всякие промыслы (ту же агаву «косить»). Плести корзины всех форм и размеров. Да масса применения!

Я вглядывался в глаза Медработника, видел в них свет понимания и мысленно потирал руки… Но не учел одной малости.

— Владыка! Но у храма нет земли, чтобы люди бога могли работать и кормиться.

Ну, конечно! Инерция аграрного мышления. Человек, воспитанный в товарной экономике, сразу увидел бы перспективы. Однако, моя «богохранимая» Четландия — это страна с натуральной экономикой на 90 процентов! И каким бы умным не был Медработник, он вырос в этой среде. Его голова работает так на уровне рефлекса…

А еще жрец решил, что одного протянутого пальца мало! Можно и до локтя хватануть! Все-таки земля, в отличие, от «бесполезных» недр, у четлан была огромной ценностью.

«Вот жук!» — полувосхищенно пробурчал я. Устраивать ему лекции о товарном производстве у меня не было ни времени, ни желания, ни готовности. Но самое главное: Ецли-Ицла не должен даже заподозрить, что это всё я ему впариваю. Наоборот: надо, чтобы он думал, что использует наивного верующего Недоноска. Может быть, даже заподозрил, что всё это от непонятного ужаса владыки перед кровавым жертвоприношением. Так тоже сойдет. Главное, Медработник должен почувствовать, что обязан мне. Здесь надо идти ва-банк.

— Змей получит землю… Землю достаточную для пяти очагов.

Очаг — это дом. Семья. Так тут всё меряют: людей, землю, роды, поселения. В Крыле, например, насчитывается около 400 очагов (не считая дворца, разумеется). В общем, с участка земли на пять очагов могут кормиться 20–30 человек. Деляна не особо большая… Но где ее найти? Я вспомнил о пресловутом клине целины в горах, но тут же отмел эту мысль. Меня вожди сразу линчуют — тот же Куакали даже оглянуться не успеет…

Что ж, будем искать.

— Владыка, — оборвал бег моих мыслей жрец. — Я согласен. Чувствую в твоих словах волю Золотого Змея Земли!

Я незаметно выдохнул.

— А еще ты за всё время ни разу не назвал меня по имени.

Блин! Ну, вот что он имеет в виду⁈ Имя-то, ясно-понятно, он имеет в виду свое тайное, которое раскрыл мне вчера. Но почему? Как? Что значат его слова? Что я мог просто приказать ему, назвав по имени? Вроде логично. Он мне доверился, а я не злоупотребил… Или нет? А что будет, если я назову имя и отдам приказ? Подчинится? Или решит, что я гнида, и пошлет подальше?