Глыба сидел в углу, и ему было совершенно наплевать на происходящее. Медработник косился на меня, как бы спрашивая: чью сторону принять? Ннака, знавший поболее других, наслаждался сценой и время от времени бросал взгляд в мою сторону: нет, это, правда, ты устроил? Я же сидел, что твой сфинкс, подавляя любые эмоции. Я всего лишь глупый Недоносок и не хочу ничего решать.
Спор ожидаемо выиграл Толстяк, как более заинтересованный. Куакали, в принципе, было всё равно, кто сообщит Носачу грустную новость. Главное, пролонгировать договоренность. Поэтому, когда Мохечеката объявил о своем щедром даре для посланника, махнул рукой. Вот тут единственный раз рот мой раскрылся, и сфинкс «неуверенно» произнес:
— Наверное, неправильно, если дары будут исходить не от владыки, а от другого человека. Дядюшка, возможно, следует сначала передать их в казну? А потом уже отправить в Излучное с гонцом Дома.
Мохечеката легко согласился. Стоит ли говорить, что эта идея мне пришла в голову еще вечером? Стоит ли добавлять, что из барахла Толстяка в Излучное отправилось далеко не всё? Всякие там тряпки, перья, шкурки, камушки и прочие селебрити-аксессуары я с легким сердцем засунул в дарительные мешки, а вот пару топоров, нефритовые ножи и пряности нагло присовокупил в доходную часть бюджета моей «империи». Перетопчется Носач — ему и так немало достанется!
На следующее утро я сам выехал провожать посольство. Две большие лодки бойко шли вниз по Серой Воде уламывать имачату Излучного подождать еще месяцок. Я смотрел им вслед с чувством глубокого удовлетворения и покоя. Меня устраивал любой из исходов этого предприятия. Если Носач психанет и разорвет помолвку — вообще здорово! Если нет: что ж, я всё равно получу свой месяц и проведу его с максимальной пользой.
А еще мне было очень приятно смотреть на Мохечекату, излучавшего удовольствие. Как же! Воспользовался болтливостью Недоноска, переиграл Хозяина, всех обошел! Послал своих людей в Излучное: и с Носачом отношения укрепит и с проезжими торговцами связи наладит. Разбогатеет! Он радовался чистой радостью, что наколол всех, что от его хитрости может быть хуже и владыке (мне то есть) и всей Четландии. А я радовался, что, сам того не зная, Мохечеката наоборот сделал доброе дело. Оттеснил Куакали от посольских дел, собирается привлечь торговцев с Великой реки к Крылу.
А мне этого ничего не стоило! Даже слегка заработал.
— Володыко! — мой оцколи несся к реке широченными шагами и вопил мне издали. — Там Кочи на площади… Обезумел!
Глава 22 Если ты силен, притворись, что слаб