Вот он, самый опасный момент. Прямой вопрос о моем Даре.

Я слегка улыбаюсь, отвечаю.

— Я не менталист, ваша светлость. У меня нет дара проникать в мысли или подчинять волю. Я просто умею задавать правильные вопросы. И показывать людям их же собственные, истинные интересы. Когда человек понимает, что говорить правду или идти на сотрудничество для него в конечном счете выгоднее, чем стоять на своем в лжи или конфронтации, он часто по итогу делает более правильный выбор. Это не магия. Это психология. И понимание человеческой природы.

Я вижу, что мои слова попадают в цель. Они — маги — привыкли к силе, которая ломает волю или тело. Идея, что с волей можно договориться, показывая ей ее же выгоду, кажется им ересью. А то, чего не понимаешь, начинает пугать.

Лорд Вадим медленно опускает подбородок. Его веки прикрывают глаза на долю секунды, а когда он снова смотрит на меня, пальцы его правой руки сжимаются в кулак.

— Господин Серпов мастерски владеет… арифметикой, — начинает он, и его голос звучит негромко, но каждый слог отчеканен, как удар клинка. — Но позвольте задать иной вопрос. Нет, теперь не про бухгалтерию. Каким законным статусом обладало ваше «предприятие» в момент описанных вами событий? Было ли у вас разрешение на частную охранную деятельность? Лицензия на оказание «консультационных услуг», под которые вы маскируете ваше вмешательство в дела домов? На каком основании вы содержали вооруженную группу на территории, не имея на то законных полномочий?

Он делает паузу, давая судьям вникнуть.

— Вы говорите о «самообороне». Но самооборона — это право гражданина. А вы, судя по всему, создали частную армию. Не имея ни статуса аристократа, ни санкции Совета родов. Это уже не самооборона. Это — создание незаконного вооруженного формирования. И все ваши последующие «расследования», — он с легким презрением кивает на папки, — есть не что иное, как деятельность этой незаконной структуры, направленная на подрыв стабильности и дискредитацию законной власти. Вопрос не в том, кто первый напал. Вопрос в том, имеет ли вообще право на существование такая аномалия, как вы.

Во лепит, артист. Типа якобы целится в наше слабое место: в нашу легитимность. И использует это, чтобы перевернуть всю историю, в которой мы в первую очередь незаконное образование.

— Лорд Вадим задает правильный вопрос о легитимности, — отвечаю я, сохраняя ровный тон. — Но. На момент нападения на «Черный Воронок» агентство «Кодекс» уже было зарегистрировано как частное предприятие. Охранники — это нанятый персонал для защиты объекта и сотрудников, что является стандартной и абсолютно законной практикой для любого бизнеса, имеющего материальные активы. Вы пытаетесь представить законную охрану частной собственности как «незаконное вооруженное формирование». Это не так.