— Так что не такой уж он и болезный, — заключила девушка.

Я только пожал плечами:

— Пусть это будет на его совести. А от меня не убудет, если я поделюсь деньгами даже с теми, кто в них не нуждается.

Мы прошли мимо храма, крыльцо которого подметали двое приютских из старших. Вернее, воспитанники старательно делали вид, что работают. Когда мы проходили мимо, парни не отрываясь от своего занятия, молча покосились на нас. И вернулись к тому, что двигали метелками над каменными ступенями.

— Мать-настоятельницу зовут Ольга, — начала просвещать меня Муромцева. — Бывшая воспитанница этого заведения, которая после выпуска осталась здесь служить. Прошла весь путь с самых низов, став поначалу сестрой-кастеляном, потом помощницей настоятельницы и лишь потом приняла пост самой матери настоятельницы. Прежняя мать рекомендовала взять на должность именно ее и отказывалась уходить на покой, пока решение в пользу Ольги не было принято.

— И насколько она хороша на этом самом посту? — уточнил я.

— Ольга добра к воспитанникам и пользуется большим уважением у работников и детей.

— Но при этом один из ее воспитанников был найден мертвым в поместье, где собирался культ, — напомнил я.

— Тело обнаружено не было, — поправила меня Муромцева. — Так что пока мальчишка числится пропавшим без вести.

— Интересно, куда они дели труп? — пробормотал я. Потер ладони, разгоняя силу, и открыл дверь приюта.

Мы вошли в просторный холл. Шесть колонн, поддерживающих потолок, были стилизованы под слуг спасителя. Первая пара высоких человекоподобных существ с крыльями за спиной и завязанными глазами встречала гостей, протягивая к двери руки. Следующая пара колонн незрячим взглядом словно бы смотрели прибывшим прямо в душу. А третья пара стояла, занеся над головой мечи, собираясь покарать грешников. А у стены напротив дверей высилась, опустив голову и сложив руки в молитвенном жесте, статуя покровительницы приюта — Святой Ольги.

У входа дежурило двое человек в белых робах Синода. Лица людей были скрыты под масками. Один из стражей выставил вперед открытую ладонь, призывая остановиться.

Это были бастарды-старшекурсники, которые входили в отряд Хранителей Тишины. Они следили за порядком в приюте, ловили нарушителей и отправляли их к сестре Тишины для разбирательств и назначения наказания.

— Добрый день, — поприветствовал я старшего в отряде. — мы пришли поговорить с матерью-настоятельницей Ольгой.

Парень с интересом склонил голову набок, ожидая продолжения. Я вынул из кармана удостоверение, открыл его и продемонстрировал отряду, мысленно повторяя, что меня зовут Федор Стрельцов. Реальность на секунду замерцала, переливаясь разноцветными красками. Значит, магия сработала. И Хранители Тишины увидели перед собой не Василия Юсупова, а Федора Стрельцова. Мое лицо оставалось прежним, но для смотрящих оно показалось похожим на фото. Эта моя способность помогала, когда люди не ожидали подвоха и не проявляли излишней бдительности.