Из плены грёз меня выдрала едка ремарка:

— Ну и идиотская же у тебя ухмылка.

Я встрепенулся и уставился в зеркало заднего вида. Встретился взглядом с Алиной, которая беззастенчиво меня рассматривала.

— Чего пялишься? — проворчал я, маскируя смущение.

— Я же обязана за тобой наблюдать.

От кого-нибудь другого это прозвучало бы как беззастенчивый флирт, однако Алина вложила в эти слова наипрямейший смысл.

Наверное.

Я не очень хорошо разбирался в женской психологии.

И ещё хуже — в психологии девочек-волшебниц.

Если начистоту, миритритка несносно хороша собой. Как и остальные волшебницы, включая меня в женском облике. Бери любую, и будешь доволен; если осилишь внутреннего паникёра, который откуда-то знает про такую вещицу, как эфебофилия[2] .

[2] Эфебофилия (др. — греч. ἔφηβος — юноша + φιλία — любовь), нимфофилия — половое влечение (либидо) взрослых людей к лицам подросткового и юношеского возраста, как к девушкам, так и к юношам. Чаще встречается у мужчин, при этом сексуальное возбуждение стимулируется физической незрелостью юношей или девушек, их неопытностью.

Короче, к концу поездки я был взвинчен совсем не близкой вылазкой в колдовской притон. Весна моего сердца запоздала, но, компенсируя это, ворвалась в мысли стремительно и безоглядно.

Не слишком-то подходящий момент, чтобы мечтать об отношениях.

Когда Владимир упомянул бар колдунов, я представил мрачное, стилизованное под средневековые казематы здание, в которое свет попадал сквозь узкие бойницы. И чтобы с потолков свисали пучки высушенных трав, со стен скалились маски, изображавшие чудовищ, а по углам комнат размещались ржавые котла, в которых побулькивали светящиеся эликсиры.

Реальность была прозаичнее. Конечно, полуподвальные помещения были декорированы фальшивыми кирпичами и пластиковым плющом, а интимный сумрак рассеивали одинокие лампочки… Но, на мой взгляд, схожим образом был отделан каждый бар в Питере, стремившийся к дешёвой оригинальности.

Вау-эффекта он не вызвал. Да и кучка людей, собравшихся у сдвинутых столов, не производила отталкивающего впечатления. Ну, пока не посмотришь им в глаза. У каждого был наготове этот расчётливый, вольдемаровский взгляд мясника, увидевшего коровью тушу.

Но никто не стал тыкать в нас пальцем или показательно натачивать ножи. Более того, после краткого взаимного изучения большая часть колдунов вернулась к своим занятиям.

И нет, ни один не притащил с собой корень мандрагоры или ещё какую-нибудь магическую дрянь. Большая часть общалась, попивая из кружек. Кто-то резался в бильярд. Троица у дальней стены играла в дартс и, если верить радостным кличам (в яблочко!) и ругательствам, весело проводила время.