Хотя с моей инициации я этих конфликтов наглоталась, как рыба воды. Пора бы привыкнуть, что вчерашний союзник будет не прочь ударить в спину.
— А для этого неплохо бы её найти.
— Ты права, — слабо улыбнулась Вика и протянула мне ладонь. Я пожала её: тёплая, обманчиво-мягкая. На мгновение мне захотелось проверить, такова ли волшебница целиком. Прижать её к себе, обнять…
Я прогнала лишние мысли и сосредоточилась на работе. Самый сложный этап — примирить на время девочек из разных Семей — был пройден. Остался сущий пустяк.
— Тогда предлагаю осмотреть квартиру пропавшей.
Возражений не возникло.
Глава 30
Квартира Риты была заперта. Я примерилась ловким пинком вышибить дверь, но меня остановила Вика. Наклонилась и, бесстрашно откинув видавший виды пыльноватый коврик, вытащила ключ.
— Запасной, — пояснила она.
Радостно щёлкнул замок, обрадовавшись тому, что его не вынесли вместе с дверью.
— У девочек-волшебниц традиция — хранить ключ под ковриком?
— Вовсе нет, — качнула головой Виктория, — Просто мы с Ритой одно время тесно дружили. А она своим привычкам не изменяет.
Пока я переваривала прозрачный эвфемизм про тесную дружбу, стехиоситка шагнула внутрь. Я последовала за ней, справедливо рассудив, что её нельзя оставлять наедине с миритриткой даже на секунду. От слов Вики под ложечкой засосало; не понять, приятное чувство или нет, уж больно скользким в своей мимолётности оно было. И назойливо просачивался в мысли небрежный набросок Смольного, подкинутый Дарьей.
Настрой для расследования похищения или убийства был аховый.
Удивительно, но квартирка огненной волшебницы во многом напоминала мою. Она была, конечно, упорядоченнее, мебель стояла поприличнее, а в прихожей висели легкомысленные цветочные обои. Но они не скрывали общей… скромности обстановки. Рита явно не жила на широкую ногу.
Возможно, потому что тратила безумное количество денег на курево. В коридоре стояла кривоногая табуретка с наполовину заполненной пепельницей. В кухне обнаружились ещё три, а в спальне на комоде гордо высилась композиция из бычков, которая уместно смотрелась бы на выставке современного искусства. Я мимоходом потёрла стену, взглянула на ладонь — и сильно удивилась, не найдя на коже слоя копоти. Впрочем, относительная чистота не спасала от запаха; в носу засвербело так, что я немилосердно расчихалась.
— И как ты терпела такое? — спросила я Вику, утерев слёзы. Она, внимательно изучавшая обстановку, не повернулась ко мне, но ответила:
— Много убиралась. А Рита много ругалась. У огненных быстро отшибает нюх, и они начинают наслаждаться бардаком. По правде говоря, у Риты ещё далеко не самый запущенный случай.