Ольга вернулась к остальным волшебницам. Её зычный голос, раздававший указания, разносился далеко над их головами.

— Извини, — сказала я, постаравшись изобразить максимум раскаяния.

— За что?

— За то, что толкнула тебя.

— Ты поступила сообразно обстоятельствам. Если бы не это и не воздействие твоего Концепта… подозреваю, что это был он, из меня тогда вымыло всякую мысль… я бы напала на тебя. Так как сочла причастной ко взлому. И даже узнай я, что ты дворняга, просто убила бы.

— Надеюсь, что это в прошлом, — нервно усмехнулась я.

— Живая ты сейчас ценнее мёртвой.

И так погибла зарождавшаяся приязнь к Алине.

— Отметка Дарьи Нокс не остановила бы Ольгу. Меня — да, но не её. Тебе повезло, что ты продолжаешь быть полезной. И, скорее всего, ты рассказала не всё.

А ведь действительно. Найдись Бехемот, и все проблемы миритриток разрешатся. Если его не использовали вслепую.

Кто? Та горилла? Или колдуны, которые послали марионетку за ней? Или же за мной? Девочка-волшебница — это не только ценная кожа, но и двадцать килограммов полезных в хозяйстве органов.

Если я расскажу Алине про Риту, то подставлю стехиоситку под карательную чистку миритритской полиции. Девушка забрала печать. И она не убила демона. То есть в теории она могла быть связана с его хозяевами.

Или нет?

Боже ж ты мой, как разболелась голова. И как назло, встрял Владимир. От его рожи и легкомысленной косички меня ещё и затошнило.

— Так уж получилось, что до меня донеслись обрывки разговора.

Ага, ты же без стеснения подслушивал!

— Хочу заверить вас, что удручён тем, что в нашем городе завёлся чернокнижник. Это расстраивает меня до глубины души… — Колдун с лживой тактичностью прочистил горло, напоминая, что перед ним бездушные, — Преступник должен быть наказан. Ничто не может оправдать использование радикальных человеческих материалов для таинства колдовства. Я окажу вам всяческую поддержку. Более того, приглашаю вас на собрание, которое состоится послезавтра. На него придут умелые колдуны. Они подскажут направление поисков, если вы вспомните детали того, как марионетка выглядела и как себя вела.

— Хорошие практики? — поинтересовалась Алина, и Владимир суматошно затряс руками:

— Сплошная теория! Нужно знать о зле всё, чтобы бороться с ним.

Как ни посмотри на предложение, а смахивает на гильотину с занесённым лезвием. Совать туда голову — акт не героизма, но беспросветной тупости. Логово колдунов, где каждый может оказаться врагом, если не все скопом, было последним местом на Земле, где следовало искать улики.

— Хорошо, — сказала я прежде, чем сообразила, что делаю.