Ева косится на Бри и приподнимает бровь.

– Ладно! С меня ужин в лучшем ресторане курорта!

Я с трудом удерживаю смех, а Ева продолжает подначивать провинившуюся подругу:

– Я бы на твоем месте предложила сутки в спа-центре. Массаж, обертывания – красота!

– У ресторана звезда «Мишлен»!

– Что скажешь? – Ева обращается ко мне.

– Думаю, что на этом и закончим торги. А сейчас извините меня, я с трудом удерживаю веки и хочу поспать.

Моя просьба находит безоговорочный отклик, отдых нужен не только мне.

– Сумасшедший выдался денек, – согласно кивает Ева и встает, делая жест Бри следовать за ней. – Отоспись хорошенько. Завтра в полдень у нас обзорная экскурсия. Никаких склонов и бурь.

– И поездок в одиночестве! – доносится голос Бри уже из-за двери.

Ева выключает свет и выходит, а я крепче прижимаю подушку к груди, пытаясь вспомнить, каково это обнимать Марселя. Он казался грубым поначалу, его самодовольная улыбка порядком раздражала. Но там, на склоне, его характер вызволил нас из беды. Начни он миндальничать со мной, и я замерзла бы в ручьях своих слез.

Я закрываю глаза, чувствуя, как тело медленно согревается, и даю волю фантазии. В ушах словно звучит стук его сердца.

Тук… Тук… Тук…

Так спокойно.

Тук… Тук… Тук…

Я в безопасности.

Тук… Тук… Тук…

Какой же странный звук! Совсем не похожий на…

Кто-то упрямо стучит в мою дверь. Должно быть, Бри не все сказала, это на нее похоже. Еле сползаю с кровати и, поправив халат, открываю дверь. Передо мной стоит работник отеля с отполированной до блеска золотистой сервировочной тележкой, виновато улыбается и переводит взгляд с тележки на меня и обратно.

– Buonasera, signora! Ваш ужин, – с акцентом произносит он.

«Ох уж эта Бри!»

Я пропускаю его в номер и наблюдаю, как он устанавливает на стол корзину мелких нежно-сиреневых цветов с ярко-желтыми серединками. Такие я встречаю впервые, они похожи на те, что растут в полях.

– Эти цветы сейчас сложно отыскать, их сезон заканчивается в ноябре, – поясняет официант. – Aster amellus, итальянская астра.

– Очень красивые.

– Si, signora! Чуть позже я вернусь за посудой. Если вам что-то понадобится, вызовите меня по телефону.

Оставшись одна, я провожу рукой по непослушным головкам цветов и обнаруживаю внутри букета записку.

«Счастье в мелочах, правда? Выпей бульон, пока он горячий. М.»

Со счастливой улыбкой я хватаю цветы и прижимаю к груди.

– Правда!

Утро пришло с ослепительным солнцем, принеся с собой иллюзорность чудовищной бури, столкнувшей нас с Марселем в полузаброшенном доме на склоне горы. По старенькому телевизору идет фильм с Адриано Челентано, я вслушиваюсь в итальянскую речь и влюбляюсь в нее: сколько же в ней необузданной страсти!