– Тебя уже ничем не испортишь! – парирует она, вызывая новую волну хохота.
Как бы мне хотелось веселиться со всеми! Но я сижу словно на углях, не находя себе места. Неопределенность сводит с ума сильнее, чем страх посмотреть правде в глаза.
– Все в порядке? – спрашивает Марсель.
– Я устала и хочу домой!
Он смотрит с подозрением, будто за несколько дней смог меня изучить. Будто знает, что именно скрывается за моей грубостью.
– Хорошо. Я тебя провожу.
Марсель вызывает такси, спустя четверть часа мы прощаемся со всеми и выходим из ресторана. Уже на улице он обнимает меня за плечи – спокойно и уверенно, как будто еще недавно не говорил с другом о том, что неизбежно произойдет.
– Что случилось, Эби? Ты так резко изменилась. Тебе не понравились мои друзья? Я могу найти новых, – шутит он.
Но мне не до смеха.
– Я должна тебе кое-что сказать…
Глава 5. Одна ночь
Ах, если бы вместо меня нужные слова мог подобрать ветер, но он затих и спрятался в подворотне. Ах, если бы снег коснулся Марселя так, чтобы он понял каким отчаянием наполнено мое сердце. Вот бы темная ночь обняла его и укрыла от неминуемой разлуки нас обоих. Но мир, казалось, растерял все звуки и силу, доверив мне самой подобрать слова, дотронуться до щеки Марселя и обнять его, возможно, в последний раз.
Он с выжиданием смотрит мне в глаза, а я знаю, что стоит мне признаться, как в ту же секунду сорвусь в бездну, словно альпинист без страховки.
Впрочем, все контракты на курортный роман содержат пункт, прописанный мелким шрифтом, и никто, разумеется, в розовых очках не обращает на него внимания. А если кто и замечает, то не видит подвоха. Вся ответственность за сердечные раны на участниках сделки. Да и кто виноват? С самого сотворения мира повелось, что мимолетное счастье на чаше весов перевешивает неминуемую расплату.
– Будем говорить в такси? – спрашивает Марсель, указывая на остановившийся перед нами серебристый кроссовер.
– Нет. – Таксист не поймет ни слова, но для любви, какой бы она ни была, язык не имеет значения.
– Тогда позволь я покажу тебе место, с которого открывается необыкновенный пейзаж вечерней Кортины? Там и поговорим.
Он обменивается с таксистом парой фраз, помогает мне забраться в машину, и в мучительной тишине мы отправляемся в путь. Дорога изгибается и виляет, плавно вздымаясь к горам. Остановившись на развилке, таксист оборачивается к Марселю и указывает на место у обочины:
– Parcheggerò la macchina qui
– Grazie! Per favore, aspettateci.
Перед нами на покатом холме крохотная гостиница, обнесенная низким деревянным забором. За ней, но чуть поодаль, такие же низкорослые дома на фоне дремлющих гор.