— Я ищу своего отца. — Девушка стойко выдержала немигающий взгляд авшура, у большинства людей активирующий генетическую память о пещерных медведях. Но Лиза либо была потомственной охотницей, либо использовала столь же древний трюк: сосредоточилась на абстрактной точке между глазами собеседника. — Он работал на Сокко, а потом пропал.

— Вместе с экипажем «Першерона»? — так заинтригованно уточнил Айзек, что даже забыл про фирменный акцент и шуточки.

— Нет, чуть раньше. Но еще несколько месяцев притворялся, что продолжает там работать, пока мы его не спалили!

— А после этого исчез окончательно, — добавил Кай.

— Экипаж таки исчез сразу и насовсем. — Авшур вернулся к прежнему стилю общения, но это было не столько разочарование, сколько решимость идти к цели мелкими шажочками. — Семь хумансов и два альфианина, шо самый минимум для такого рейса. Вся их родня, приятели, полиция и работорговцы делают грустные лица и разводят руками, но если грабители не хотели иметь свидетелей, то почему бы сразу не выложить их в рядок с капитаном?

— Я тоже уверена, что мой отец жив! — твердо заявила Лиза. — И до сих пор зачем-то нужен похитителям.

— Его могли захватить в качестве языка, — предположила рыжая. — И именно от него узнали, когда и где ловить «Першерон».

Кай задумчиво почесал Пса за ухом.

— Но почему ему позволяли звонить домой, а другим пленникам — нет?

— И даже зарплату платили! — с таким возмущением добавила Лиза, словно это было самой ужасной подлостью со стороны похитителей.

Авшур щелкнул пальцами — вернее, громко цокнул когтями:

— Ой, ну это загадка на один зуб, и тот молочный! Есть такие свидетели, шо хуже рогульего помета — в него как вступишь, так потом даже выкинуть галоши не поможет, по такому следу тебя любая собака найдет! Дешевле стоять на месте и делать вид, шо ничего не случилось. Сколько там той зарплаты — мелкое тьфу по сравнению с поиметым кушем!

Кай мысленно согласился с авшуром. Если дядя Хрущак — общительный, прямолинейный, душа любой компании (а также ее букмекер!) — что-то знал о бандитах еще до нападения, то реконструкция его последних перемещений и разговоров могла стать тем вонючим следом. Поэтому подозрительно исчезать почти в одно время с ограблением ему было ни в коем случае нельзя!

— Но скрывать эту тайну вечно все равно не удалось бы.

— Значит, похитители покупали не тайну, а время, — снова философски ответила Лиса за Айзека. — И когда вы раскрыли обман, оно снова пошло.

Лиза быстренько покрутила новый кусочек информации, примеряя его к прочим, и встревоженно заключила: