— Красиво, а, Матильда? — наедине князь называл меня настоящим именем, а у меня не было сил возражать. — И таких механизмов во всей нашей стране уже дюжина!

Я вяло кивнула и поплелась следом наверх, по протоптанной дорожке.

— Княже! — радостно встретил нас на пороге избушки огромный бородатый мужик размерами даже поболе крупного Озерова. — А я уж лошадь седлал, чтобы до вас ехать.

Он сказал «лошадь»? Тут есть лошадь?

— Случилось что, Егорушка?

— Знамо дело, зеркалограмма пришла с рассветом, — звучное длинное слово Егорушка выговорил с явным удовольствием. — К вам нонче гости высокие пожалуют. Сам Георг Павелевич Туманов, ваш старинный приятель. К обеду обещался быть.

— Славно, славно, Георг нынче птица высокого полета, — почесал бороду князь. — Я его ждал, конечно, позже. Но пусть едет, мне не жалко. С ночевкою али проездом.

— Сказывает, что проездом.

— Тем лучше. Скажи-ка, Егорушка, а что с верхним левым зеркалом? Никак треснуло?

— Вчерась все в порядке было, княже.

— А все же я проверю. Марта, голубушка, хотите наверх забраться?

— Воздержусь, Святогор Велимирович, — поспешно отказалась я. — Не одета я для лазанья по лестницам.

— Ну, подождите меня трошки, я мигом.

— Барышня чаю не желает? — предложил милейший Егорушка. — Я сам травки собираю, чай у меня отменный.

Я чаю желала, но еще больше желала взять топор и зарубиться. Бежала, бежала от Туманова, а он следом за мной едет. И спрятаться от него в доме Озерова куда сложнее, чем в большом городе.

Чай у смотрителя зеркалографа оказался волшебным. Он и согревал, и бодрил, и голову прояснял. Не успела я чашку опустошить, как уже придумала, что делать, и когда мы повернули обратно — а вниз было идти куда проще, чем вверх, я прямо сказала князю:

— Георг Павелевич знает меня в лицо.

— Скверно, но решаемо. Я хотел Сёмку отправить на дальний укос проверить, как там дела. Поезжай-ка с ним, голубушка. Поля наши посмотришь, просторы южные. На севере таких полей нет. К вечеру воротитесь, а Туманов уж уедет.

— А наследник? — тихо выдохнула я.

— Да будет еще государев инспектор моих детей и внуков разглядывать? — отмахнулся князь. — Какое ему дело до того, сколько детей в детской играется? Да и кто его проведет туда? Не волнуйся, мужчины детей не различают. А вообще это хорошо, что Георг приедет. Я из первых уст политическую обстановку в столице разузнаю и тебе потом расскажу.

На том и порешили. Вернулась (не такой уж и дальний оказался путь), переоделась, платок на голову накинула, да уселась в бричку позади Симеона. Он к моему присутствию отнесся совершенно равнодушно, бросив лишь: