А вдруг ей не хочется? Вдруг она боится? Может, ей больно, противно, и…
Нежная ладошка решительно направила его туда, куда требовалось. Повинуясь древнему, как мир, инстинкту, Кайден толкнулся вперёд и растворился в круговороте новых, непередаваемо сладостных и ярких, точно вспышки молний, ощущений…
— Расскажи о нём, — попросил Кай, уткнувшись носом в растрёпанные тёмные локоны. — О своём муже.
Огонь в очаге давно погас, свечи догорели, а за окном вьюжная ночь медленно превращалась в унылый ветреный день.
— Зачем? — Вейлинн вздрогнула, и он крепче прижал её к себе.
До рассвета они ещё трижды дарили друг другу удовольствие, но Кай и представать себе не мог, сколько счастья кроется в том, что следует после. Уютные объятия и тихие разговоры, когда два сердца бьются в унисон, а время замирает…
— Затем, что я почти ничего о тебе не знаю.
— Ну-у… — протянула ведьма. — Мой синеглазый супруг высок, строен, до безобразия кучеряв, вынослив, как вол и упрям, словно тысяча чертей.
Кайден нахмурил брови, переваривая сказанное, а потом расплылся в улыбке.
— Вот же чертовка! — он ущипнул жену за ягодицу. — Я хочу услышать о том муже, что имелся прежде.
Она чуть повернулась к нему. Прищурилась.
— Уверен?
— Вне всякого сомнения. — Кай поцеловал каштановую макушку.
Вейлинн вздохнула и принялась ласково поглаживать его руку, отчего по коже тут же побежали мурашки.
— Мой муж был плохим человеком, — тихо сказала ведьма, и что-то в её голосе заставило Кайдена насторожиться. — Он получил меня пятнадцатилетней девственницей и жестоко изнасиловал на глазах пьяных гостей. Он бил меня, оттого что никак не могу забеременеть, а когда я, наконец, понесла, запер в башне на все девять месяцев.
Кайден сглотнул. Свободная рука сама собой сжалась в кулак. Ведьма же продолжила. Говорила она спокойно и размеренно, как обычно бабушки рассказывают внукам сказки на сон грядущий.
— Родилась у меня девочка — Кай не видел, но отчего-то не сомневался, что супруга улыбнулась. И улыбка эта наверняка вышла печальной. — Очаровательная маленькая крошка. Однако муж не обрадовался. Ему ведь требовался сын. Наследник… Он забрал её. Забрал мою крошку, а меня избил так, что я неделю не могла подняться на ноги.
Кайден не выдержал и развернул девушку к себе лицом. В уголках зелёных глаз блестели алмазы слёз.
— Ох, девочка… — прошептал он. — Прости, я не знал. Прости, не плачь. Но… почему ты не рассказала всё отцу? Не попросила помощи?
— У меня нет отца, Кайден, — сказала она тихо. — И матери тоже нет. Они погибли, когда мне сравнялось девять. Я сирота.