Они молчали довольно долго, пока тишину не нарушил знакомый звук окарины.

— Весьмир! — Василиса вскочила. Надежда, почти угасшая в её сердце, вновь разгорелась, как лампадка, в которую подлили масла.

Чародей появился со стороны сада — на этот раз не в дурацком служаночьем платье, а в нормальной дорожной одежде: рубаха и штаны цвета некрашеной мешковины, кожаный жилет и мышасто-серый плащ. Его волосы так же по-дорожному были собраны в небольшой хвост. По выражению сосредоточения и печали на бледном лице стало ясно: Маржана послание передала. Что ж, и на том спасибо.

— Скорее! Улетаем, пока не поздно! — он махнул рукой и перестал дуть в свою свистульку.

— В смысле, улетаем? — не поняла Василиса, и тут с той стороны стены появились три огромные чешуйчатые морды с костяными гребнями. Все три одновременно зевнули, громко клацнув зубищами.

— Змей Горыныч! — Отрада ахнула и подобралась, но Весьмир поспешил успокоить воительницу:

— Не бойся, он свой. Лично приручил. И это наш единственный шанс, между прочим. Огнепёски до него не допрыгнут. Жаль только, что змеек-кощеек я усыплять больше не могу, иначе наш чешуйчатый друг тоже заснёт. Так что бегом, девочки! Горыныч скоро отправляется…

— Я готова! — первой отозвалась Василиса.

— Тогда лезь в седло.

Змей даже выгнул спину, чтобы ей было удобнее. Это что же, он до стены не только головами достаёт? Ну и махина! Василиса слегка оробела, поэтому Отрада успела обогнать её и забраться на Горыныча первой.

Легко им говорить: «Лезь». А что делать, когда сердце ушло в пятки?

— Ладно, сейчас подсажу, — Весьмир подхватил Василису под мышки и легко, будто пёрышко, закинул в жёсткое седло. — Ну, как тебе? Нравится вид на Навь с Горыныча?

— Спрашиваешь!

— А с воздуха ещё лучше будет, когда всё позади останется.

Её сердце готово было выпрыгнуть из груди. Василиса не хотела радоваться заранее — а вдруг ещё ничего не получится? Но сложно было запретить себе чувствовать: ни над горем, ни над счастьем человек не властен…

Оставалось молиться и скрестить пальцы — на удачу.

— Ой, мы Анисью разбудить забыли, — вдруг опомнилась Марьяна и со всех ног бросилась к покоям подруги.

И надо ж было такому случиться — поскользнулась, когда пробегала мимо чугунной решётки. А змеи только того и ждали: зашипели, заклубились и бросились вперёд, крепко обвивая её руки и ноги. Марьяна сперва попыталась вырваться, но тщетно. Потом выхватила нож для фруктов, резанула, но железную змею таким разве перепилишь? Тогда она закричала что было мочи:

— Анисья, просыпайся! Беги! Бегите все!